Книга Марсель Пруст. Смесь, страница 18 – Ролан Барт

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Марсель Пруст. Смесь»

📃 Cтраница 18

Подобные записи так часто попадаются и с таким постоянством относятся к самым разным индивидуумам, предметам, ситуациям, что мы вправе отметить присутствие отдельной формы дискурса, притом что одержимость Пруста этой формой представляет для нас загадку. По крайней мере, предварительно назовем эту форму инверсией и запланируем (хотя не можем взяться за эту задачу уже сегодня) составить перечень ее примеров, проанализировать способы ее выражения, побудительную причину, вызывающую ее появление, а также определить место ее столь заметного распространения на самых разных уровнях «Поисков». Таким образом, мы сформулируем «замысел исследования», никоим образом не питая, впрочем, ни малейшего позитивистского помысла: «В поисках утраченного времени» – одна из тех великих космогоний, какие создавались преимущественно в XIX веке (Бальзак, Вагнер, Диккенс, Золя); их узаконенный исторический характер отличается тем, что эти пространства (галактики) открыты для бесконечного исследования; поэтому любой критический труд оказывается бесконечно далек от какой бы то ни было иллюзии «результата» и приближается к простому производству дополнительного письма, причем опорный текст (роман Пруста) будет не более чем текстом, предваряющим наше исследование.

Итак, вот две личности в одном и том же теле: с одной стороны, хозяйка борделя, с другой – княгиня Щербатофф, фрейлина великой княгини Евдоксии. Есть искушение усмотреть в этих очертаниях банальное взаимодействие видимости и правды: русская княгиня, украшение салона Вердюренов, – не более чем поразительно вульгарная женщина. Такая интерпретация была бы чисто моралистической (недаром синтаксическая конструкция «не более чем» постоянно встречается, к примеру, у моралиста Ларошфуко): мы можем (что нередко и предпринималось) признать в произведении Пруста алетический проект, усилие, направленное на расшифровку, сущностное исследование, первым шагом которого было бы освободить истинную человеческую природу от видимостей противоположного толка, примешивающих к этой истинности тщеславие, светскость, снобизм. Однако, сводя прустовскую инверсию к простой редукции, мы жертвуем расцветом формы и рискуем упустить текст. И вот в чем состоит этот расцвет (мы говорим о правде дискурса, а не правде проекта): это темпоральность или, точнее, воздействие времени; два противоречащих друг другу термина разделяют время и приключение: хозяйку борделя и русскую гранд-даму идентифицирует в буквальном смысле не один и тот же Рассказчик: этих двоих разделяют два поезда. Апогей: инверсия строится согласно какой-нибудь точной фигуре, как если бы какой-нибудь бог – или рок– насмешливо руководил путем, следуя которым княгиня совпадет со своей полной противоположностью, созданной по законам геометрии; это словно одна из тех загадок, которые Пруст, кстати, обожал: что такое апогей для хозяйки борделя? Быть фрейлиной великой княгини Евдоксии – и наоборот. Неожиданность: опрокидывание видимостей – не будем больше говорить, что это опрокидывание видимости и истины, – всегда доставляет Рассказчику восхитительное удивление: в этом сущность неожиданности (мы еще к этому вернемся), а не сущность правды, истинное ликование, такое полное, такое чистое, такое радостное (это доказано успехом высказывания), что данный вид инверсии явно может исходить только от эротичности дискурса, словно очертания перевертывания проступают в тот самый миг, когда Пруст получает эротическое наслаждение от письма: это выхваченные то тут, то там из великого континуума исканий высшие точки наслаждения рассказом и языком.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь