Книга Марсель Пруст. Смесь, страница 15 – Ролан Барт

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Марсель Пруст. Смесь»

📃 Cтраница 15

III. Способность писать. Происходит неожиданный поворот, который заполняет последний том («Обретенное время») и тоже разыгрывается в трех эпизодах:

1. Прибыв на концерт у принцессы Германтской, Р. неожиданно для себя испытывает три повторяющихся озарения, следующих одно за другим, – это внезапно нахлынувшие воспоминания, которые необъяснимым образом наполняют его счастьем:

а. Запнувшись о плиты, которыми вымощен двор особняка Германтов, Р. ощущает себя в Венеции (куда в свое время совершил путешествие с матерью), видит собор Святого Марка, баптистерий в соборе и те неровные плиты под ногами.

b. Чуть позже слуга приносит ему стакан оранжада, и позвякивание ложечки о блюдце столь же внезапно воскрешает в его памяти удары молотка, которым обходчик выстукивал колеса остановившегося в поле поезда в тот момент, когда разочарованный Р. осознал свое безразличие к красоте деревьев.

с. По той же схеме салфетка, протянутая ему лакеем, оказывается накрахмалена так же туго, как полотенца в Гранд-отеле в Бальбеке, на курорте в Нормандии, где Р. некогда отдыхал, и внезапно все ароматы, а заодно и цвет тогдашнего моря возникают у него в памяти от этого прикосновения.

2. Три этих воспоминания подобны трем внезапным и всеобъемлющим взрывам, словно прошлое трижды взорвалось в настоящем, которое сейчас проживает Р., трижды превратилось из прошлого в настоящее, как будто ему удалось преодолеть Время и Смерть; это три приступа счастья. Р. решает методично исследовать явление, с которым столкнулся, чтобы разобраться в нем и научиться вызывать по собственной воле; размышляя, он обнаруживает, что такие воспоминания – это прикосновение к самой сути вещей, что писательство как раз и дает возможность восстанавливать прошлое, не дожидаясь воли случая: книга, которую он хотел написать и от которой отказался, теперь становится возможной, отныне он знает, из чего она будет соткана: из обобщенного воспоминания, источника счастья в победе над смертью. Он решает написать эту книгу.

3. И вот последняя задержка оттягивает развязку этой драмы о писательстве: погруженный в свои размышления Р. заходит в салон принцессы Германтской; он ошеломлен, обнаружив, что персонажи, которых он знал, а теперь вновь увидел вместе, постарели за время его отсутствия. Тогда он понимает, что над его произведением нависла угроза Времени: то самое время, что дало ему возможность писать (через воспоминание), может ее отобрать (смертью): хватит ли у него времени написать свою книгу? Он решает отказаться от светской жизни, уединиться и писать, не отвлекаясь: книга Пруста заканчивается этим образом будущего Времени (когда будет создаваться наконец ставшая возможной книга), а описание этого будущего мы уже получили в прошедшем времени в «Поисках»: парадоксальность этого замысла еще остается недооцененной.

3.

Каким же образом, казалось бы, специфический, узкопрофессиональный вопрос (зачем и как писать?) может быть наделен обжигающей энергией обобщения? Или (этот вопрос однозначно формулирует сам Пруст): какова связь писательства и мира?

I. Когда писатель пишет, он описывает мир. Мир Пруста – это «свет»: время (расцвет буржуазной демократии), группы в обществе (аристократия и буржуазия), драма национального масштаба (дело Дрейфуса), типы, моды, чувства, эстетика: книга, в непосредственном фокусе которой находится писательство, косвенно охватывает весь этот мир. Произведение Пруста показывает:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь