Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»
|
Прежде всего следует отметить невероятную развитость института паломничеств в Греции. Наиболее значимые были связаны с торжествами и праздниками[802], часто привлекавшими к себе людей со всего греческого Средиземноморья. Геродот сообщает, что на праздник Артемиды в Бубастисе «собирается <…>, по словам местных жителей, до 700 000 людей обоего пола, кроме детей»[803]. Скорее всего, эта цифра сильно завышена. И все же количество людей, собиравшихся на праздники, несомненно, было очень большим. Мэтью Диллон убедительно показал, что греческие празднества были спланированы с оглядкой на два основных фактора – сельскохозяйственные работы и сезон мореплаванья, который тянулся с апреля по ноябрь. В апреле имели место Истмийские игры (в честь Посейдона) в самом начале сельскохозяйственного сезона, а затем уже в зените лета в июле – августе проходили Немейские, Олимпийские (те и другие в честь Зевса) и Пифийские игры близ Дельф в честь Аполлона[804]. Но сама соотнесенность с сезоном мореплавания показывает, до какой степени религиозные праздники носили космополитический характер и не были связаны исключительно с порядком определенного полиса. К перечисленным празднествам следует добавить Элевсинские мистерии в честь Деметры, посвященные Афине Панафинеи в Афинах, праздники на Делосе в честь Аполлона и многие другие. Джулия Уорд считает, что средний грек проводил в паломничествах и процессиях от нескольких дней до нескольких месяцев. По ее подсчетам, речь даже может идти о трех-четырех месяцах, то есть едва ли не о трети года[805]. Гленн Морроу считает, что участие в празднествах, описанных Платоном в «Законах», может занимать примерно шестую часть года[806]. Главной целью этих процессий и паломничеств, несомненно, было обретение хотя бы мимолетного контакта с божеством, которое у греков хоть иногда неявно обнаруживало себя, но в целом было трудно уловимым. Швейцарский антиковед Жан Рудхардт писал о «постоянном мерцании понятия бога. Оно постоянно ускользает от нас, как только мы пытаемся его уточнить…»[807] Рудхардт считает, что греческие боги даются человеку главным образом как принцип упорядочивания. Там, где есть порядок, там являет себя божественное. По мнению Рудхардта, максимально полно бог проявляет себя в организации полиса, накладывая на нее божественный отпечаток вечности: «Между богами и политическим сообществом существует и более глубокая солидарность. Боги надзирают над голосованием судей, поведением граждан…»[808] Мы имеем выразительные тому подтверждения. Вот, например, как описывал Плутарх божественность законов Ликурга в Спарте:
|