Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 120 – Айлин Лин

Морозова постучала тростью по одной из стоек.

— И оно выдержит всю мебель? Да ещё пациентов и врачей?

— Выдержит больше. Тарасов проведёт испытание, как только снимут подпорки. На перекрытие уложат груз, превышающий будущую нагрузку, и оставят на несколько суток.

— А если обнаружится прогиб?

— Участок переделаем за счёт подрядчика.

Управляющий Морозовой впервые оторвался от записной книжки.

— В договоре это предусмотрено?

— Да. Как и проверка каждого скрытого участка до того, как его закроют отделкой.

Он сделал пометку, удовлетворённо кивнув.

В следующем помещении уже обозначили места для перегородок. Я показала будущую перевязочную, комнату дежурной сестры и умывальную.

— До зимы закроем коробку и поставим временные печи, чтобы стены начали просыхать. Весной начнём штукатурить и монтировать отопление, затем займёмся отделкой.

До хозяйственного флигеля дошли по настеленным доскам. Там уже выводили дымовые каналы и готовили основание для котлов. Осмотрев прачечную, Морозова спросила о запасе воды и только после этого рассказала мне о своих поездках на стройку второй лечебницы-близняшки в Москве.

— Я бываю там часто. Но, несмотря на то что Леонид Васильевич — весьма толковый специалист, тамошняя лечебница отстаёт от этой на две недели.

— Не волнуйтесь, Варвара Алексеевна, к зиме её тоже подведут под крышу.

Она кивнула и вдруг призналась:

— Я наверняка повторюсь, Александра Николаевна, но не могу не сказать: весной я боялась, что ввязалась в авантюру, доверившись вам, согласившись взвалить на ваши юные плечи такое большое дело… А теперь опасаюсь, что после этих двух лечебниц вы предложите мне что-то ещё, от чего я не смогу отказаться, зная, куда ваши идеи могут привести, — Морозова посмотрела на стены второго этажа, затем на меня и лихо подмигнула. — Вы необычный человек, Александра Николаевна. И с вами не скучно, а может быть ещё и прибыльно.

Я скромно промолчала. Не время было делиться с ней планами на тракторы и грузовики. Вот будут опытные образцы, тогда и предложу Морозовой стать моим партнёром.

— По лицу вижу, что-то точно задумали, — проницательно заметила женщина.

— Придёт время, и вы всё узнаете, Варвара Алексеевна, — туманно пообещала я.

Проводив её до кареты, я вернулась к Моте. Ангара лежала в тени забора и грызла какую-то косточку.

— Откуда она это взяла?

— У плотников утащила, те как раз решили перекусить.

При виде меня собака, зажав кость в зубах и гордо задрав морду, потрусила навстречу — хвастаться добычей.

— Ещё чего! — Мотя перехватила поводок и грозно добавила: — С костью в карету не пущу!

По пути в ресторан заехали домой, оставили Ангару и отправились дальше.

Пётр заказал стол в малом зале ресторана Палкина. Мы прошли к широкой лестнице, мимо фонтана и растений в больших кадках. Несмотря на будний день, свободных столов почти не было.

Мотю Пётр предусмотрительно усадил за столик у окна, в нескольких шагах от нашего, и велел подать ей всё, что няня пожелает, а ещё чаю с пирожными. Няня поворчала, что в такой дороговизне и кусок в горло не полезет, однако за эклер взялась без промедления, при этом не забывая зорко следить за нами.

Пётр поцеловал мне руку и галантно отодвинул для меня стул.

— Как прошла встреча с Морозовой? — спросил он, стоило нам устроиться на своих местах.