Онлайн книга «Чёрный замок Ольшанский»
|
— Убийца! – горланил Лопотуха. — Почему, Людвик? – спросил Ольшанский. — И вы! И вы! Убьете меня! Спрячусь! — Почему я убийца? – спросил Гончаренок. — Потому, – и к Ольшанскому: – Бычков убиваешь? Теляточек! Овечечек! Спрячусь! — Иди, Людвик, – грустно сказал председатель. Но сумасшедший, заметив, переключился уже на меня: — Ага, к правде идешь. Тем скорее голову свернешь. Обсели уже тебя, обсели. И бац [124] тебе не поможет. Бац в сутане. Вот Бовбель, Бовбель придет. Пришел. И мы, и та пара рванули от него, будто бы он размахивал ведром с кипятком. Едва отдышались, пока не перенесли остатки «бальзама» и решето с клубникой на другой, садовый, столик за хатой. — Ну, джентльмены, – спросил я, – как самочувствие? И что этот сон вообще должен означать? — Не знаю, – сказал Шаблыка. – Может, действительно умом тронулся человек. А может… слишком уж удобный способ замаскироваться. — Ну, брось, – сказал Змогитель. – Здесь тогда такое творилось, что и самый здоровый человек сошел бы с ума. А у этого, видимо, психика была хилая. Хорошо еще, что Богу душу не отдал. — Как это все было? – спросил я. — Ну, в мае сорок четвертого по приказу Гиммлера, как известно, была образована «Kommenda 1005», – начал Шаблыка. – Уничтожение следов всего, что они тут натворили. «Акции санитарные». Приговор на уничтожение деревень и хуторов, где могли быть свидетели. Нам еще повезло. Не успели уничтожить, слишком поспешно лыжи подмазывали. Но выселить людей – выселили. В лес. А акции эти, о массовых экзекуциях, были подписаны. Был тут такой шеф кладненского округа гестапо. И подписывал он их как «Przewodniczący sądu gestapo». Председатель «суда» гестапо… Ну и начали по округе машины рыскать. А в машинах – наши из леса следили за ними, – а в машинах СС – оберштурмбанфюрер, доктор права (как будто может быть какое‐то право в стране бесправия) и он же, вышеупомянутый шеф кладненского гестаповского округа, некто по фамилии Гештебер, да с ним какой‐то штандартенфюрер, полковник, значит. Да оберштурмфюрер Зейтц с помощником унтерштурмфюрером Штофкеном (земля ему битым стеклом, такая сволочь). Ну и в других машинах помельче, шарфюрер Линц (этот охраной руководил) и почему‐то фон Эйхгорн, майор тодтовских частей, военно-строительной организации. Ясно, что не строить они что‐то тут собирались, а прятать… А может, искали какой‐нибудь естественный овраг, чтобы меньше было работы по засыпанию… — И документов нет? – спросил я. — Искали мы их несколько лет назад. Ведь некоторые наши люди иногда все‐таки прокрадывались в деревню взять что‐либо забытое или немного еды из тайников и хочешь не хочешь, а кое-что видели. — Кто, например? — Мультан. Органист. Да мало ли кто еще… Ну вот. В середине июля подступали наши. И тут снова началась катавасия. Этой акцией руководил уже комендант Ольшан граф Адельберт фон Вартенбург. — Случайно, не из тех? Не родственник того Йорка фон Вартенбурга Иоганна-Людвика, который с генералом Дибичем в 1812‐м Таврогенскую конвенцию заключил? – спросил я. – Ну, что немцы с россейскими войсками будут против Наполеона воевать. — Ну так. А еще раньше, в 1778–1789‐х участвовали в войне за Баварское наследство. Не прямые наследники, а, кажется, от троюродного брата. — Ты откуда знаешь? |