Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 160 – Алекс Джиллиан

Она инстинктивно отпрянула, выдергивая руку из властного захвата. Сердце неистово колотилось в груди, пока она пыталась избавиться от опасного наваждения.

— Когда состоится Великий Ритуал Очищения? — с трудом выдавила Мира, лихорадочно цепляясь за возможность сменить тему.

Обволакивающее напряжение рассеялось. Кайрос раздраженно нахмурился и резко распрямился.

— Через два дня, но ты не будешь присутствовать, — непререкаемым тоном заявил он.

— Почему? — возмутилась она, но Верховный уже поднялся с кровати и уверенным шагом направился к двери. — Кайрос! — требовательно выкрикнула она ему в спину.

— Я передумал, — не оглядываясь бросил он и скрылся в темном коридоре.

— Да чтоб тебя! — прошипела Мира, яростно растирая то место, где ее кожи только что касались горячие губы Владыки.

Когда звон в ушах немного утих, девушка откинула одеяло. Босые ступни коснулись ковра. Разум отказывался верить, что она провела целую неделю без единого движения, подвешенная в магическом коконе над кипящей лавовой пропастью. Вопреки всякой логике, тело легко и послушно отзывалось на каждый импульс. И при этом она не испытывала ни голода, ни слабости, ни жажды.

Мира подошла к высокому зеркалу в массивной раме.

Из гладкого отражения на нее смотрело всё ещё её лицо, но внезапно утратившее человеческую мягкость, простоту и мелкие изъяны. Исчезла россыпь веснушек, бесследно стерся крошечный шрам над левой бровью. Медные пряди стали гуще и длиннее, придав привычному рыжему цвету благородную глубину. Кожа потеряла болезненную бледность и словно сияла изнутри.

Но истинная метаморфоза крылась в глазах. Насыщенная зелень частично растворилась в тяжелом янтаре, на дне которого тлели багровые искры, а зрачки вытянулись в узкие вертикальные щели.

На нее смотрел безупречный хищник.

Мира шумно втянула воздух и оперлась ладонями о туалетный столик. Магия бурлила в венах, распирая грудную клетку, требуя выхода. Она больше не чувствовала себя беспомощной девчонкой, которую можно запереть в покоях и лишить права голоса.

Кайрос заявил, что она не сможет улизнуть из его замка, но при этом даже не попытался забрать браслет Остроглава. Разумеется, без боя Мира бы его и не отдала, но не сомневалась, что Владыка с легкостью смог бы разрушить вражескую магию.

Что это? Высокомерная уверенность в барьерах своей цитадели или открытый вызов?

Какая теперь разница? Она использует его просчет, даже если из только что родившейся затеи ничего не выйдет.

Девушку снова охватила слепая ярость, когда она вспомнила, кто именно разлучил ее родителей. И этот же безжалостный тиран собирался казнить наместника Нордстали. Ее отца.

Если Владыка приведет приговор в исполнение на Великом Ритуале Очищения, к которому ее даже не допустят, последняя нить, связывающая Миру с правдой о ее рождении, сгорит дотла.

Нет, этого нельзя допустить.

Рейгар — единственный, кто может пролить свет на истинные мотивы Кайроса и секреты Двуликих.

Воздух в спальне неуловимо дрогнул. Серебристая дымка закружилась у изножья кровати, стремительно обретая очертания пушистой лисы. Ее шерсть сверкнула в полумраке, разноцветные глаза тревожно уставились на Миру, призывающую дар Остроглава.

— Не совершай глупостей, Дева, — предостерегающе шепнул в голове мелодичный голос. Зверек нервно дернул хвостом. — Владыка почувствует всплеск магии. Ты еще не умеешь управлять своей силой.