Книга Укрощение строптивого ректора, страница 55 – Леон Монтан

Волна нашего общего пика прокатилась по аудитории невидимым цунами!

Все парящие в воздухе книги разом раскрылись, салютуя тысячей страниц. Огромная люстра под потолком зажглась всеми огнями, а древний дубовый пол прямо под ножками кафедры, не выдержав прямого попадания сплава высшей грозовой магии и первородной ведьминой страсти, вдруг издал низкий, гулкий стон и… треснул пополам!

Каменные плиты под кафедрой с грохотом разъехались в стороны, сжигая в пыль трёхсотлетние маскировочные печати, и прямо у наших ног в полу открылся тёмный провал узкой винтовой лестницы, ведущей вертикально вниз, в неизвестную бездну, откуда тут же пахнуло ледяным сквозняком и густым запахом той самой чёрной копоти!

Мы с Магнусом замерли, тяжело дыша и всё ещё не размыкая объятий поверх перекосившейся дубовой кафедры.

Пару секунд в зале было слышно только наше прерывистое дыхание да шелест опадающих на пол книжных страниц.

Я осторожно перевела взгляд со счастливого, совершенно ошалевшего лица ректора вниз — в дымящуюся дыру в полу, которую мы только что пробили собственным оргазмом.

— Кхм… — я неловко поправила сбившуюся на бедре полоску бархата и невинно похлопала ресницами. — Кажется, милорд, мы только что сдали зачёт на пятёрку с плюсом…

Магнус посмотрел в тёмный провал под кафедрой, потом перевёл взгляд на меня — растрёпанную, полуобнажённую, с горящими глазами и следами его поцелуев на груди, — и вдруг в первый раз за всё время нашего знакомства его жёсткие губы дрогнули в настоящей, живой, чертовски красивой мужской улыбке.

— Клянусь грозой, Сабрина… — хрипло выдохнул он, осторожно сгребая меня с покосившейся кафедры в охапку и ставя на ноги на уцелевший край помоста. — Если мы с тобой продолжим в том же духе, к концу недели от «Грозового пика» останется только фундамент. И то не факт.

Глава 15. Утро после бури

«Ничто так не выдаёт ночные тактические манёвры руководства, как свежий засос под воротником ректора и блаженная улыбка ведьмы за утренней овсянкой. Молчать об этом я, конечно, буду. Но тариф — двойной, в густых сливках». — Из деловых записок кота Бегемота.

В ту ночь спускаться в обнаруженный под кафедрой тайный ход на голодный желудок и в разорванном вечернем платье мы благоразумно не стали.

Во-первых, вход в запечатанные катакомбы основателей веками скрывался под тройным слоем древних рун, которые наш страстный энергетический выброс лишь надколол, и лезть туда без полной боевой и кулинарной выкладки было чистым самоубийством. А во-вторых, оставить наверху без присмотра лорда Джулиана Ванкура с материнским артефактом в кармане означало подарить бывшему жениху шанс замуровать нас в этом подземелье навечно.

Поэтому Магнус временно закрыл провал под кафедрой массивной иллюзорной плитой и личной грозовой печатью, мы кое-как привели в порядок разгромленную аудиторию и разошлись по спальням под самое утро, договорившись выступить в катакомбы следующей ночью во всеоружии.

Зато утренний завтрак в Общем зале академии превратился в настоящий спектакль!

Я вошла в трапезную в восемь утра, свежая как майская роза после грозы. Чтобы не провоцировать личный состав окончательно, я выбрала скромное платье цвета топлёного молока… правда, ткань так ласково струилась по моему телу, а глаза сияли таким откровенным, сытым женским торжеством, что старшекурсники за столами при моём появлении дружно промахнулись ложками мимо ртов.