Книга Укрощение строптивого ректора, страница 54 – Леон Монтан

Магнус застонал мне в рот — низко, утробно, теряя последние крохи рассудка. Его ладони нырнули под сбившийся на бёдрах подол, сминая ткань. Пальцы ректора зацепили тонкие кружевные ремешки моего белья на бёдрах и одним резким рывком разорвали их, отбрасывая прочь, а следом со звоном расстегнулась пряжка его собственного широкого армейского ремня.

Он развёл мои колени в чёрных ажурных чулках ещё шире, вставая на ступеньку кафедры прямо между моих бёдер, и приподнял меня за ягодицы, укладывая спиной на полированный дуб.

Когда его раскалённая, налитая каменной тяжестью плоть коснулась моего обнажённого, влажного от безумного желания лона, мы оба вздрогнули от пронзившего нас с головы до пят электрического разряда.

Он посмотрел мне прямо в глаза сверху вниз — тяжело дышащий, растрёпанный, великолепный в своей необузданной мужской ярости.

— Запомни раз и навсегда, ведьма, — хрипло, на грани рыка произнёс Магнус, одной рукой удерживая моё бедро, а другой переплетая свои пальцы с моими прямо поверх выбитого в дереве девиза академии. — Никаких бывших женихов. Никакой столицы. Ты моя. От кончиков твоих ресниц до последней чугунной сковородки.

— Докажите, милорд ректор! — с вызовом выдохнула я, выгибаясь ему навстречу и обвивая ногами в чулках его узкую, стальную поясницу.

И он доказал.

Одним мощным, глубоким, сокрушительным толчком Магнус вошёл в меня до самого конца, заполняя собой без остатка.

— А-а-ах! — мой крик сорвался с губ одновременно с оглушительным ударом грома за окном, от которого задрожали стены цитадели.

Это было не просто слияние двух тел — это было столкновение двух стихий на пике их мощи!

Каждое его движение — жёсткое, глубокое, властное, от которого вековая дубовая кафедра под нами жалобно стонала и сдвигалась с места по каменному помосту, — посылало сквозь меня волны чистой грозовой плазмы. Я горела изнутри и снаружи! Моя собственная ведьмина магия, пробуждённая этой первобытной близостью, рвалась навстречу его молниям, обвиваясь вокруг нас сияющим золотисто-синим коконом.

Я царапала ногтями его широкую спину и плечи, кусала его горячую шею, шептала какие-то совершенно бесстыдные слова, которые только сильнее подстёгивали его неистовый ритм. Магнус двигался всё быстрее и глубже, прижимая меня к жёсткой столешнице всем весом своего литого тела, одна его рука сжимала мою грудь, а губы ловили каждый мой судорожный стон.

— Смотри на меня, Сабрина… — хрипло потребовал он, когда темп стал совершенно невыносимым, а воздух вокруг нас начал светиться от избытка эфира. — Смотри мне в глаза, когда будешь кончать…

Я распахнула ресницы, встречаясь с его полыхающим синим взглядом, в котором больше не было ни генерала, ни устава — только мужчина, одержимый своей женщиной.

Его свободная рука скользнула вниз, между наших тел, и большой палец, искрящийся мягким грозовым разрядом, коснулся самой чувствительной точки в такт его глубокому толчку.

Мир вокруг меня раскололся на миллион ослепительных осколков!

Тугая пружина внутри лопнула с такой силой, что я выгнулась дугой, крича его имя и сжимая его внутри себя судорожными, пульсирующими кольцами наслаждения. И в ту же секунду Магнус глухо, протяжно зарычал, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи, и содрогнулся всем своим мощным телом в последнем, самом глубоком рывке, изливаясь в меня обжигающей лавой и одновременно выпуская в пространство весь свой накопленный грозовой заряд!