Книга Укрощение строптивого ректора, страница 58 – Леон Монтан

Бегемот важно понюхал свисток, прицепил его когтем себе на ошейник и серьёзно кивнул:

— Не вопрос, начальник. Если тот напудренный хлыщ сюда сунется, я ему такую колыбельную в ухо рявкну, что он до пенсии под себя ходить будет! Удачи вам там, голубки. Сильно не шумите, а то тут эхо знатное!

Магнус шагнул на ступени первым, зажигая над плечом тусклую грозовую сферу, а я двинулась следом, держа наготове связку содово-горчичных бомбочек и верную бабушкину сковородку.

Мы спускались минут двадцать.

Лестница казалась бесконечной — мы ушли гораздо ниже прачечных, ниже фундамента замка, в самое сердце гранитного пика. Стены здесь были исписаны огромными, в человеческий рост архаичными рунами первых магов-основателей. И чем ниже мы спускались, тем больше на этих древних письменах попадалось свежих следов взлома: серебряная вязь была безжалостно перебита стальным долотом, а в шрамы камня вмазана всё та же жирная чёрная копоть вперемешку с воском.

Наконец ступени закончились.

Мы вышли под своды исполинского подземного грота — нижнего склепа основателей.

По краям круглого зала в глубоких каменных нишах покоились саркофаги древних магистров, покрытые вековой пылью, а в самом центре грота, прямо над зияющим провалом тектонической трещины, возвышался массивный восьмиугольный алтарь из белого горного хрусталя.

Точнее, когда-то белого...

Главный накопитель академии, который должен был собирать свободную энергию гор и питать защитный купол наверху, был оплетён густой, пульсирующей сетью чёрных щупалец и залит по краям свежим мертвецким воском! В центре алтаря, как в гигантской миске с бульоном, булькало и переливалось основное ядро Пожирателя эфира, жадно сосущее мощь напрямую из главной защитной жилы «Грозового пика»!

— Вот почему мои детекторы в штабе молчали… — глухо произнёс Магнус, останавливаясь у края алтаря, и его глаза полыхнули яростью. — Они подключили тварь напрямую к сердцу древнего накопителя в обход верхних контуров! Она раскармливается здесь неделями, а когда созреет окончательно — просто обрушит весь купол академии изнутри!

— Не обрушит, сейчас мы ей устроим генеральную уборку с хлоркой! — я решительно шагнула к алтарю, доставая из сумки большую бутыль концентрированного щёлока на святой полыни. — Магнус, прикройте меня на десять секунд, мне нужно смыть восковые печати по краям хрусталя!

Я уже занесла руку над первой печатью…

Как вдруг чёрная масса в центре алтаря странно булькнула и стремительно, за одну секунду целиком втянулась обратно в глубокую тектоническую щель под алтарём, словно кто-то сверху резко дёрнул её за поводок!

— Сабрина, назад! — крикнул Магнус, мгновенно почувствовав подвох, и рванул меня за плечо от алтаря.

Но было поздно.

Послышался сухой, злорадный щелчок, а затем прямо из воздуха над алтарём зазвучал усиленный магией самодовольный голос лорда Джулиана Ванкура:

— Какая трогательная предсказуемость, дорогая Сабрина! Ты правда думала, что всё будет так просто? Передавай привет покойным основателям, лорд Дарк! К утру от вас двоих останутся очень красивые, но совершенно безмолвные ледяные статуи!

Наверху, у выхода с винтовой лестницы, раздался взрыв.

Каменный свод над ступенями с оглушительным грохотом обрушился, заваливая единственный проход наверх многотонной грудой гранитных глыб и поднимая тучу каменной пыли. Сверху, сквозь толщу завала, едва слышно донёсся отчаянный, приглушённый вой Бегемота и резкая трель серебряного свистка.