Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 124 – Татьяна Михаль

— Марья, – начал он, и голос его звучал непривычно мягко. – Ты должна понять, что я не враг тебе. Я – твой отец. И я боюсь за тебя, доченька.

— Папенька, я знаю, – ответила я, стараясь говорить спокойно. – Но...

— Дослушай, – перебил он меня. – Если я помру, а замуж тебя не успею выдать, то налетят на тебя стервятники один страшнее другого и растерзают тебя. Пойми, дочка, ты – наследница моего дела. А у нас в купечестве, сама знаешь, любят наживаться на слабых. Без мужа ты не удержишь торговлю и дом, ничего не удержишь, не потому что не справишься, ты как раз и справишься, но, милая, тебе просто не дадут этого сделать.

Я хотела возразить, но он смотрел на меня с тревогой, что я промолчала.

— А Гайдар, – продолжил он, – сильный и надёжный. Хоть и горец он, но цивилизованный, а не дикарь. Я знаю, ты злишься на него за его поступок, но, Марья, мы мужчины все такие. Не найдёшь ты такого, кто тебе во всех делах всегда был бы мил.

— Папенька, – начала я с улыбкой, пытаясь перевести всё в шутку. – Вы прямо сейчас рисуете мне портрет своего идеального зятя. Князю не хватает только нимба над головой.

Но он не улыбнулся. Вместо этого он посмотрел на меня с грустью и произнёс:

— Марья, я должен тебе кое в чём признаться.

Я насторожилась.

— Понимаешь, я уже давно неважно себя чувствую, – проговорил он, и я видела, как тяжело ему даются эти слова. – И это не притворство. Я честно пил все те настойки, что ты оставила, мне даже стало лучше. Но всё равно... я не могу избавиться от недоброго предчувствия.

— Папенька, – прошептала я, чувствуя, как внутри разливается холод. – Вы пугаете меня.

— Прости, дочка, – вздохнул он и протянул руку, погладил меня по щеке. – Я не хочу тебя пугать, но ты должна знать, я оставил подробное завещание. Если что-то случится, ты не останешься ни с чем. Но я знаю, как действует система. Без главы в семье уже сам император или губернатор выдаст тебя за того, за кого посчитает нужным и кто будем выгоден им. Нельзя, чтобы молодая и красивая барышня, да при богатстве одной была. И вряд ли, Маруся, они выберут князя и вряд ли брачный договор после моей смерти будет иметь силу, такие дела в раз решаются. Поэтому я хочу, чтобы ты скорее вышла замуж, чтобы рядом с тобой был сильный и надёжный мужчина, который сможет тебя защитить и поддержать. В князе я уверен, а уж я разбираюсь в людях.

Во мне начал закипать ужас. Мой отец, которого я сразу, как только впервые увидела, – приняла и полюбила, такой уверенный всегда, сейчас сидел передо мной и говорил о смерти, завещании и замужестве, которое мне светит при любом раскладе, но уже при таких обстоятельствах, что я точно не возрадуюсь. Он и правда, очень сильно боялся оставить меня одну.

— Папенька, – прошептала я, вставая и подходя к нему. – Позвольте мне осмотреть вас.

Он не стал возражать. Я проверила его, насколько это было возможно без современного оборудования и пришла к неутешительному выводу, что у Арсения Петровича барахлило сердце.

Аритмия, слабый пульс, отёки на ногах, всё указывало на сердечную недостаточность. Чёрт, чёрт, чёрт, а здесь нет ни кардиологов, ни препаратов, ни аппаратов. Из доступного я могу ему предложить только покой, режим, правильное питание и никаких нервов.

И придётся мне напрячь свою светлую голову, чтобы придумать, как помочь его сердечку и сосудам.