Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 127 – Татьяна Михаль

Папенька картинно закатил глаза и попытался отнекаться.

— Марья, ну зачем тебе читать скучный договор? Там всё по-честному. Я сам всё составил и…

— Папа, – перебила его упрямо. – Дайте мне договор.

Он вздохнул, поднялся, подошёл к столу и достал толстенную папку. Протянул её мне с таким несчастным видом, будто только что осознал, что совершил непоправимую ошибку.

— На, читай, – отдал он мне договор. – Только не жалуйся потом на головную боль от этого сложного чтения.

Я взяла папку, открыла её и присвистнула.

Брачный договор был толщиной с «Войну и мир»! Мелкий убористый почерк, параграфы, пункты и подпункты. Отдельно было о приданом, его содержании, праве на образование, детях, наследстве и много всего остального.

— Ого, – выдохнула я. – Вы тут всю нашу совместную жизнь до конца дней наших расписали?

— А ты как думала? – усмехнулся папенька. – Мы же не лапти продаём. Это серьёзное дело. Договор должен учитывать всё, всех и вся.

Я углубилась в чтение.

Так, всё было по-честному. Гайдар обеспечивал меня всем необходимым, обещал не ограничивать мою свободу передвижения, признавал моё право на образование и работу.

В принципе всё было хорошо.

— Отец, он что, правда согласен на все эти пункты? – удивилась я.

— Правда, – ответил он. – Он сказал, что хочет, чтобы ты была с ним счастлива... Ох, покорила ты гордое сердце, Марья. Такого мужчину на колени поставила. Гордись!

Я хмыкнула.

Может, он действительно готов стать тем, кого я хочу видеть рядом?

Я дочитала и закрыла договор. Честно скажу, половину не поняла, но уверена, что отец ерунду точно не подписал бы.

— Что ты решила? – спросил папенька.

— Думаю, что скоро будет свадьба… Жаль только, что в ауле, – скривилась я.

Папенька улыбнулся.

— Весь Пятигорск позовём и всех знакомых, у нас знаешь, сколько друзей и партнёров? Придётся аулу расшириться, дочка, – рассмеялся отец. – Но я князя уже предупредил, он обещал, что всё будет как надо.

Я лишь вздохнула и подумала, вот не могла меня судьба закинуть, например, во времена амазонок?

* * *

— МАРЬЯ —

Новый день не радовал погодой. Небо было серым, а в воздухе витал лёгкий морозец. Осень окончательно вступила в свои права.

Гайдар прибыл к обеду, как и обещал. Он ждал меня в гостиной, и стоял у окна. Увидев меня, он повернулся и улыбнулся.

— Марья, добрый день, – поприветствовал он меня.

— Добрый, Гайдар, – ответила, отчего-то волнуясь.

Пока не подали обед, мы вышли в сад. Пелагея принесла мне тёплую накидку.

Мы остановились у беседки, и я повернулась к нему.

— Я согласна, – заявила без предисловий и прелюдий. При этом глядела ему прямо в глаза. – Я согласна официально стать твоей женой.

В его глазах мелькнуло удивление, радость и облегчение. Но я не дала ему сказать ни слова.

— Но при условии, – продолжила я, поднимая руку, чтобы он пока молчал, – что ты сдержишь свои обещания. Ты поможешь мне поступить в университет, я получу образование и буду лечить людей. Ты не будешь ограничивать мою свободу, не будешь запирать меня дома, не будешь мешать мне заниматься тем, что я считаю своим призванием. Если ты нарушишь хотя бы одно из этих обещаний, клянусь, я уйду от тебя. И ты меня больше никогда не увидишь.

Он смотрел на меня долгим и хмурым взглядом. Потом медленно опустился на одно колено, прямо на осеннюю землю, покрытую сухими листьями.