Книга Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки, страница 17 – Мария Шарикова

Мы заняли места во втором ряду, у окна, и я только начала расправлять юбку, когда заметила её.

Она сидела в первом ряду, через два стула от леди Кавендиш, и что-то тихо говорила ей, наклонившись к уху. На ней было платье из тёмно-зелёного бархата, облегавшее фигуру с той сдержанной, но безупречной элегантностью, которая стоит куда дороже любых бриллиантов. Тёмные волосы были уложены в высокую причёку, открывавшую длинную шею, и единственным украшением служила нитка изумрудов — неброская, но явно очень дорогая. Она не была красавицей в том смысле, в каком это слово обычно употребляют в свете: черты её лица были слишком тонкими, слишком резкими, чтобы считаться миловидными. Но в ней чувствовалась та особая порода, которая заставляет людей оборачиваться и перешёптываться за спиной.

-Это она?-спросила я, не поворачивая головы к Седрику.

-Да,-ответил он коротко.

-Она очень элегантна.

-Она всегда была такой.

Я хотела спросить ещё что-то, что-нибудь едкое, в моей привычной манере, но в этот момент леди Вудвилл, словно почувствовав мой взгляд, повернула голову и посмотрела прямо на меня.

Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга. В её глазах я не прочла ни враждебности, ни любопытства. Там был только спокойный, оценивающий интерес, какой бывает у человека, который встретил нечто неожиданное и теперь пытается понять, что с этим делать. Затем она чуть наклонила голову, жест, который мог означать всё что угодно: и приветствие, и вызов, и просто дань вежливости. Я ответила тем же.

-Она на вас смотрит,-заметил Седрик.

-Я заметила. Она смотрит на меня с тех пор, как мы вошли.

-Элинор всегда была наблюдательной.

-Элинор?- я повернулась к нему. -Вы называете её по имени.

Седрик чуть поморщился, словно я задела больное место.

-Мы были знакомы много лет. Задолго до того, как я женился на вас.

-И насколько близко вы были знакомы?

Он помолчал. Взял бокал с подноса проходившего лакея, сделал глоток и лишь потом ответил:

-Достаточно близко, чтобы я просил её руки.

Я ожидала чего-то подобного, но всё равно ощутила странный укол. И нет, не ревности, а скорее досады. Ещё один кусочек мозаики встал на место. Значит, Седрик был помолвлен с этой женщиной. А потом женился на Аннабелль. Почему? Что заставило его разорвать помолвку и связать себя узами с женщиной, которую он, по его собственным словам, не любил?

-Понятно,-произнесла я, отводя взгляд.- И что же случилось?

-Случились обстоятельства,-ответил он сухо.-Вам ли не знать.

Я промолчала. Мне ли не знать. Разумеется, я ничего не знала, но признаться в этом означало бы выдать себя с головой. Поэтому я просто кивнула, сделав вид, что понимаю, о чём речь.

Музыка началась: струнный квартет заиграл что-то из Генделя, и гости притихли. Я старалась слушать, но мысли мои то и дело возвращались к женщине в зелёном, сидевшей в первом ряду. Она больше не смотрела на меня, но я чувствовала её присутствие так же явственно, как чувствуют приближение грозы. Что-то в ней было. Что-то, чего я пока не могла уловить, но что заставляло меня насторожиться.

В антракте, когда гости поднялись, чтобы размять ноги и освежиться лимонадом, леди Вудвилл сама подошла к нам.

Она двигалась неторопливо, с той особой, ленивой грацией, которая свойственна людям, уверенным в своём праве находиться где угодно и когда угодно. Подойдя, она присела в реверансе, не слишком низком, но достаточном, чтобы соблюсти приличия,и обратилась к Седрику первой.