Книга Рассвет русского царства. Книга 17, страница 45 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Женщины, дети, старухи… их набралось почти три сотни. Юрты Ратмир жечь не велел, потому что войлок ещё был нужен людям, которых он поведёт с собой. Двадцать юрт разобрали и навьючили.

Потом ему доложили о своих потерях. Убитых оказалось тридцать восемь человек, вместе с пятерыми, что пали у Айдара. Раненых было больше сотни, десятка два в седле сидеть не могли. Убитых положили на повозки, что нашли в кочевье.

Потом он сел, и стал думать.

Табуны Тимербека и Айдара вместе шли тысячи под полторы. Овцы, хоть и тощие, но их много, а войско в десять тысяч ест каждый день. Овец надо гнать к войску, ведь это решило бы вопрос с провизией.

— «Целый полон!» — пронеслась у Ратмира мысль.

Гнать всё это он оставил полусотню, что стерегла полон Айдара, и ещё полсотни при тяжёлых раненых. Им идти шагом, как ходят овцы, дней пять. Сам он ждать не собирался.

Айдара привели с холма.

Ему надели на шею колодку из двух жердей, связанных с двух сторон, и посадили на заводного коня. Аркан оставили на колодке. Ратмир взял конец аркана себе.

Четыре сотни, без овец и без обоза, пошли за ним рысью.

* * *

Ратмир вернулся на шестой день и мне доложили об этом. Хоть ещё плохо, но я уже мог передвигаться. Поэтому видел, как Ратмир въехал в лагерь впереди.

Он остановил коня прямо у моего шатра. Слезать не спешил и, дёрнув рукой, я увидел, как на аркане шёл человек в колодке. Урак со своими нукерами ехал следом, чуть позади.

Ратмир слез и подошёл ко мне. Аркан при этом он тянул за собой. Человек в колодке шёл, потому что иначе его бы поволокли.

Ратмир бросил конец верёвки мне под ноги.

— Твой, — сказал он.

Жест был похож на то, как дарят собаку.

Мурза Айдар стоял и смотрел на меня.

— Что с Тимербеком? — спросил я.

— Я убил его, — ответил Ратмир, и я с благодарностью кивнул.

После чего посмотрел на Айдара.

— Пусть копает… — сказал я, возвращаясь обратно в шатёр.

— Что копает? — спросил Ратмир.

— Себе могилу, — не оборачиваясь ответил я.

До шатра я шёл, упираясь на палку, которая вязла в сырой земле. Сзади слышал, как Ратмир командует, куда отвести коней, и как звякает аркан на колодке Айдара.

В шатре было тепло. Буржуйка ещё дышала углями, у входа стояла кадка с водой. Я сел на лежанку, вытянул левую ногу и перевёл дух. Прошёл совсем немного, а дыхание как после версты бегом.

— «Хорош воевода», — подумал я.

Инна пришла минут через десять.

— Раздевайся, — сказала она с порога.

— Опять? — проворчал я. — Ещё немного и я подумаю, что тебе нравится, когда я остаюсь в исподнем.

— Ой, было бы там на что смотреть, — махнула рукой она. — Может, когда выздоровеешь я ещё подумаю, а пока, — покачала она головой, — буду лечить тебя. А о большем и не думай.

Мы оба улыбнулись столь незатейливой словесное перепалке. После чего она помогла мне снять халат, потом рубаху, через голову, придерживая мне руки, потому что сам поднять их я не мог, и в конце уложила на живот.

Спину она промыла отваром и прошла по рубцам пальцами. Два из них, что легли крест-накрест под лопаткой, ещё сочились, и она надавила на края, проверяя корку. Потом взялась за стопы. Кожа с подошв сошла почти вся, под ней розовела тонкая новая кожа. Инна смазала её мазью с мёдом и обмотала чистой холстиной. Ожоги на боку подсохли, и она только тронула края ногтем. Плечо выше лопатки затягивалось, и она сняла старый подорожник и положила новый.