Книга Бывшие. Лапочка-дочка для босса, страница 34 – Марго Лаванда

Сонечка встречает меня радостным визгом. Я беру её на руки, прижимаю к себе, и теплая тяжесть дочкиного тела возвращает меня к жизни. Запах молока, пушистые волосики, пухлые ручки, которые тут же вцепляются мне в волосы.

— Ма-ма-ма! — вещает она мне на ухо.

— Да, маленькая, мама здесь.

Кормлю ее, переодеваю, собираюсь на прогулку. На улице хмуро, но сухо — как раз то, что нужно после ночного дождя. Одеваю Сонечку в её любимый комбинезончик с мишками, себя — в старый пуховик, сапоги, шапку. В зеркало стараюсь не смотреть — знаю, что видок ещё тот.

Коляска громыхает по ступенькам подъезда, Сонечка довольно гулит, размахивая руками. Мы идём в парк — он недалеко, пять минут ходу. Деревья стоят голые, небо серое, но воздух свежий, и после бессонной ночи это почти счастье.

Я медленно качу коляску по дорожке, слушая щебетание дочки. Она показывает пальчиком на ворон, на прохожих, на редкие машины. Счастлива. Ей главное — что мы вместе.

В кармане вибрирует телефон. Я достаю, смотрю на экран — Инна. И сразу следом смс.

«Надя, я ещё документы скинула. Проверь сегодня. И напоминаю: платье для вечеринки ты уже купила? Повторяю, у тебя нет выбора! Не опозорь меня снова!»

Читаю сообщение и чувствую, как внутри всё сжимается. Гневно-давящий тон, даже через экран ощутимый. Инна никогда не умела просить — только требовать. И сейчас она напоминает, что я у нее в долгу, что я должна, обязана, не имею права подвести.

Стою посреди парка, держась одной рукой за коляску, другой — за телефон, чувствуя, как подступают слезы. Усталость, обида, бессилие — всё смешивается в один горький комок.

— Ма? — Сонечка тянет ко мне ручки, хмурится, чувствуя моё настроение.

— Всё хорошо, малыш, — улыбаюсь ей, проглатывая комок. — Всё хорошо.

Делаю глубокий вдох. Нет сил спорить. Нет сил объяснять, доказывать, ругаться. Проще сделать усилие и выполнить. Явлюсь на вечер всего на несколько часов, отсижусь в углу и уйду. Это же несложно, правда?

Открываю приложение на телефоне, на ходу, одной рукой, другой продолжая катить коляску. Но так — неудобно. Присаживаюсь на лавочку. Сайт с одеждой, категория «вечерние платья», фильтр по цене — подешевле. Пальцы дрожат на холоде, экран тусклый, глаза слипаются.

Платья мелькают одно за другим — красные, чёрные, синие, блестящие, пышные, откровенные. Ничего не нравится, нет настроения для подобного занятия, но надо выбрать. Инна не отстанет.

Мне попадается нежно-голубое, струящееся, с открытыми плечами платье. Простое, элегантное, не вульгарное. Цена — для меня недешево, но у меня разве есть выбор? Завтра перечислят деньги за перевод.

И я нажимаю кнопку купить. Завтра оно будет у меня.

— Ну что, моя хорошая, — говорю я дочке. — Придется твоей маме потерпеть один вечер.

Я смотрю на Сонечку, на её счастливое личико, и впервые за долгое время чувствую что-то похожее на покой. Холодный воздух щиплет щёки, но здесь, в парке, среди голых деревьев и редких прохожих, мне почти хорошо.

Сонечка тянется к голубю, и я улыбаюсь, наблюдая, как птица нехотя отходит в сторону, но не улетает. Дочка возбужденно гулит, показывая пальчиком.

— Видишь, малыш? Это птичка. Гуля.

— Гу-гу! — вторит она мне.

Я поднимаю глаза, чтобы посмотреть, куда мы идём дальше, и замираю.