Книга Бывшие. Лапочка-дочка для босса, страница 33 – Марго Лаванда

Снова подступают слезы.

— Ну что ты, Надюш. Я правда от чистого сердца.

— Правда, спасибо вам…

После я покормила Сонечку, искупала, уложила спать. Дочка уснула быстро. Я постояла над кроваткой, глядя, как вздымается и опускается её маленькая грудка, как она чему-то улыбается во сне. Мой ангел. Моё всё.

Потом вздохнула и села за компьютер.

Инна скинула на почту кипу документов — отчёты по маркетингу за прошлый месяц, договоры с поставщиками, какие-то сводки, срочные, как всегда. Я открыла первый файл и поняла, что работы тут минимум до утра. И это если ни на дочь ни на сон не отвлекаться — что разумеется я не собираюсь делать. Цифры, таблицы, графики — всё это надо проверить, пересчитать, исправить ошибки, которые Инна понаделала в спешке.

Часа через два я сходила на кухню, сварила себе крепкий кофе, вернулась к монитору. Потом проснулась дочка. Снова переодевания, кормление, игры. Потом легкий ужин. Уложив дочку я снова вернулась к работе. За окном давно стемнело, в доме было тихо, только часы тикали на стене.

— Наденька, — заглянула Нина Сергеевна. Она уже была в халате, собралась спать. — Пришла спросить что у нас завтра. Мне бы выходной взять, надо в МФЦ съездить.

— Конечно, Нина Сергеевна. Разве я могу что-то другое ответить? Вы и так нам очень много помогаете.

— А ты чего сидишь? Первый час ночи!

— Работы еще много, — вздыхаю. — Скоро пойду тоже ложиться.

— Скоро она, — покачала головой соседка. — Я же знаю эти твои "скоро". До утра просидишь. Не бережёшь ты себя совсем!

Вздыхает, качает головой, и уходит. А я снова утыкаюсь в монитор.

Всю ночь я пью кофе чашку за чашкой, вникаю в цифры, сверяю договоры, исправляю ошибки. Глаза жжет, спина затекла, шея занемела. Несколько раз ловлю себя на том, что проваливаюсь в сон прямо за столом, и все равно заставляю себя работать дальше.

Где-то в третьем часу ночи Сонечка заплакала. Я пошла к ней, покормила, покачала, уложила снова. Села на край кровати, прикрыла глаза — всего на минуточку...

Очнулась через полчаса, вернулась за компьютер. Пальцы бегали по клавиатуре, цифры мелькали перед глазами, сливаясь в одну сплошную полосу. Я уже не соображала, что делаю, просто механически выполняла работу, заставляя себя не думать о том, как хочется спать.

За окном начало светать. Серые сумерки постепенно разгонялись, за ними показалось хмурое утро. Я отправила последний файл, глянула на часы — половина шестого утра.

Всё. Готово.

Я откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Всего на минуточку...

Разбудил меня голос Нины Сергеевны:

— Наденька! Господи, ты что, так и просидела всю ночь?!

Я с трудом разлепила веки. Шея затекла, спина болела, голова чугунная. За окном уже было светло.

— Доделала, — прохрипела я.

— Доделала она! — всплеснула руками соседка. — На тебе лица нет! Иди в кровать немедленно!

Я не стала спорить. Рухнула на диван, укрылась пледом и провалилась в черную пустоту без снов.

* * *

С трудом разлепив глаза, смотрю на часы. Полдень. Четыре часа сна — всё, что мне досталось после бессонной ночи. Тело ломит, голова тяжёлая, но вставать надо — Сонечка уже проснулась и гукает в кроватке.

— Иду, малыш, иду, — хриплю я, поднимаясь с дивана.

Нина Сергеевна, оказывается, уже ушла — на столе записка: «Наденька, я к Тамаре в больницу, Соню покормила, погуляйте сами, скоро вернусь». И тарелка с кашей, накрытая полотенцем.