Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 88 – Флора Торн

Они переглянулись.

— Внутри. – Аделаида быстро кивнула.

В холл с видом гостеприимной хозяйки довольно шагнула Дарси, поглаживая письмо в нагрудном кармане.

— Чаю? – предложила она.

— Чай подождет! – выкрикнул Герхард. – Или нет, лучше кофе! У меня в спальне припрятана баночка растворимого. Ой. – Он наткнулся на взгляд Аделаиды. – То есть завалялась баночка еще с Йоркшира. Да, тетя Мюриэл отправила вам ее в подарок.

— Я отправлю ей обратно в подарок тебя, – сказала Аделаида, не сводя с него глаз, – после того как ты все нам расскажешь. Мы уже почти собрали картину преступления.

— Уверен, – Герхард одарил ее ослепительной улыбкой, – вам не хватает именно моих подробностей!

Дарси, вовсю хозяйничавшая в «Клеверли», вынесла им с кухни чайник и кружку с кофе.

— Это передала миссис Пенниуорт. – Она указала на торт. – Мистер Буделок в последнее время мало ест.

— Прекрасно. – Герхард тут же принялся за кусок торта. – Я очень голоден.

— Мы не будем выслушивать твои доказательства, если ты будешь рассказывать о них с набитым ртом. – Аделаида скрестила на груди руки.

Герхард махнул рукой, пытаясь что-то сказать. Аделаида сверлила его взглядом.

— А, – догадалась Дарси, – он хочет, чтобы начали мы. – Она посмотрела на Аделаиду. – Пришло письмо из Оксфорда, – похвасталась она, помахав письмом как веером. – Профессор Годфри подтверждает высокую степень токсичности сорта.

— Но это вовсе не миссис Пинч! – торжествовал Герхард, отпивая кофе.

— Я только что слышала разговор участников заявки, – возразила Аделаида. – Миссис Пинч представила им другое растение, и они спросили, что случилось с тем, на которое она возлагала большие надежды. И Мэри-Бэлл подтвердила, что миссис Пинч сняла заявку в 1947 году. Она попросила секретаря заглянуть в папку, прежде чем отправить мне документы.

— Вот они. – Герхард раскрыл папку. – Давайте узнаем, из-за чего.

Втроем они в волнении склонились над столом.

— «Исключено в связи с поздней подачей заявки», – прочитала Аделаида. – Какая странная формулировка, – пробормотала она, перелистывая другие отказы комиссии. – «Отложено для повторного рассмотрения в связи с вопросами классификации… Отсутствует задокументированная история гибридизации».

— «Растение не достигло требуемой стадии зрелости». – Герхард пробежал глазами текст. – Напротив графы Эшпертона стоит прочерк.

— Здесь должно быть указано растение.

— Видимо, поздняя подача заявки не подразумевает рассмотрения вовсе. Мог ли Эшпертон опоздать на подачу заявки?

— Я в этом сомневаюсь, – настойчиво ответила Аделаида. – Идея растения, на которое миссис Пинч возлагала надежды, могла принадлежать Эшпертону.

— Никто никогда не упоминал противостояние миссис Пинч и Эшпертона в выведении селекций. Миссис Пинч сказала, что они – общество по интересам, а не конкурирующий концерн, – ответил Герхард. – Что еще у вас есть на нее?

— Ничего. – Дарси пожала плечами. – Я даже проверила ее закрытый амбар. Ну, он однажды остался открыт, – пояснила она, заметив хмурые взгляды. – Там не было ничего, кроме ужасного запаха.

— Ты уверена? – Герхард повернулся. – Она может хранить там то, что вынесла из флигеля.

— Ничего. – Дарси уверенно кивнула. – Мешки, старые тазы.

— А чем там пахло? – спросила Аделаида.