Книга Юрист с Рублёвки. Том 3, страница 31 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Полина кивнула и села за ноутбук.

— Я всё оформлю в таблицу, — сказала она, стуча по клавишам. — Раз уж ночью компанию проверяла я, доведу до конца сама.

Я оставил её работать и отошёл к окну.

К вечеру в офисе стало тише, а я уже почти закончил работу и искренне мечтал приехать домой и лечь спать. В общем, за сегодняшний день я связал все новые «моменты» с ранее поданной просьбой: какой доступ уже выдали, что временно ограничил подрядчик, какое административное расширение предложили на встрече и кому. В отдельном имущественном участке оставался состоявшийся платёж «МедСервис-Фарм» в триста тысяч рублей. Его возврата я не обещал вместе с остановкой «ФармЛогик». Сохранение журналов и спорных редакций обосновывалось отдельно от ограничений доступа.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Семён Борисович Коган. В одной руке он держал стакан с водой, в другой — папку с ночным дополнительным соглашением, уже подписанным и оплаченным Ворониным. Его левое веко подрагивало с привычной монотонностью.

— Смирнов, — он сел напротив, положил папку на стол и отпил воды. — Я ознакомился с результатом ночного соглашения.

— Проверка новых материалов, дополнения в суд и утренняя встреча — всё, что мы согласовали ночью, отработано, — ответил я, не поднимая глаз от документов. — Нового счёта за тот же труд никто не выставляет. Мы не стали накручивать клиенту стоимость за уже проделанную работу.

— Это правильно, — кивнул Коган. — Э-э-э, твою внутреннюю долю рассчитают по действующим условиям после закрытия согласованного этапа. — Он сделал паузу, отпил ещё воды. — Но учти, Смирнов, если клиент начнёт жаловаться на двойные счета…

— Не начнёт, — перебил я. — Мы чётко разграничили объёмы. Воронин понимает, за что платит.

Коган удовлетворённо хмыкнул и встал.

— Работай, — бросил он на ходу, но у двери обернулся. — И эти… новые клиенты, про которых я говорил. Завтра в одиннадцать, оба. Так что ты бы поспал, Смирнов.

Через несколько минут зазвонил телефон. Звонил Воронин.

— Алексей Дмитриевич, — голос его звучал бодрее, чем утром. — Я согласовал с сотрудниками кандидатуры внутреннего ответственного и резервного. Полина прислала мне требования к уведомлению. Я всё подготовил.

— Хорошо, Михаил Юрьевич. Направьте кандидатуры Гурьеву для приказа, а копию письма — нам. Полина заканчивает своё сопоставление, я проверю выводы и отправлю вам дополнительный материал.

Я положил трубку и подошёл к столу Полины. Она как раз сохраняла файл.

— Готово, — сказала она, протягивая мне распечатку. — Сопоставление трёх документов с выделением открытых данных и не объясняемых ими функций.

Я прочитал текст, нашёл несколько спорных мест, внёс правки от руки, подписал и отправил дополнительный материал Воронину. В целом, из Полины выйдет очень хороший сотрудник. Уж больно быстро она училась, и это не могло меня не радовать!

— Алексей Дмитриевич, — Полина обратилась ко мне, когда я уже собрал новую папку и только было, собрался на выход. — Что с Мариной то?

— В смысле?

— Ну, она столько для нас сделала… надо бы ей хоть шоколадку купить! Или… — она улыбнулась. — Вино! Я даже знаю, какое она любит и где его можно купить!

— Да, ты права, — я кивнул. — Нужно поблагодарить коллегу.

Я достал телефон и набрал короткое рабочее сообщение Марине: «Благодарю за утреннюю помощь. Расхождение редакций успело попасть в обращение до возвращения из клиники. Это помогло».