Книга Юрист с Рублёвки. Том 2, страница 84 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Стоп! — крикнул я громко и резко. — Инструмент убрать! Вы содержимое проверили? Там может быть горючее!

— Мотоцикл там! — заголосил Кузьмич. — «Иж» мой, с полным баком, я его вчера под пробку залил!

Рабочий испуганно отдёрнул болгарку и оглянулся. От ограждения к нам быстрым шагом направился мужчина лет сорока с небольшим, в каске и сигнальном жилете поверх куртки, с планшетом под мышкой. Лицо уставшее, без злобы. Так выглядит человек, которому к полуночи кровь из носу нужно закрыть наряд, а он уже понимает, что не закроет.

Он окинул взглядом рабочего, ворота и коротко махнул рукой:

— Выключи. Пока не режем.

Первая маленькая победа. Причём не столько юридическая, сколько элементарно противопожарная.

— Мельников. Игорь, начальник смены, — представился он, остановившись в двух шагах. — А вы кто будете?

— Смирнов Алексей Дмитриевич, юрист. Приехал по просьбе владельцев боксов южного ряда, — я кивнул на Кузьмича. — Помогаю вот этому гражданину разобраться в ситуации.

— Юрист… — Мельников невесело усмехнулся. — Замечательно. У меня восемнадцать объектов под вывоз и две платформы в простое. Чужие просьбы в наряд-заказ не входят.

— В наряд входит адресный перечень объектов. Покажите его, пожалуйста.

— Уведомления висели на воротах две недели.

— Покажите перечень, — спокойно повторил я. — Я не забираю у вас документы, не срываю работы. Подержите под светом, этого достаточно.

Он колебался пару секунд, затем раскрыл папку и подставил лист под свет прожектора. Я не стал касаться бумаг — просто внимательно вчитался.

И тут всё встало на свои места.

В шапке наряда значилось: «освобождение земельной полосы севернее теплотрассы под устройство временного строительного проезда». В приложении шёл список из восемнадцати позиций, и в графе «тип строения» у каждой значилось: «бокс металлический некапитальный». Ни слова о кирпичных постройках. На ситуационной схеме жирной чертой была нанесена граница, подписанная предельно ясно: теплотрасса.

Я поднял глаза на трубы. Громадные, ржаво-серые, в человеческий рост. Промахнуться мимо такого ориентира на местности было физически невозможно.

— Игорь, вопрос на засыпку, — я указал пальцем сначала на схему, затем себе за спину. — Север у вас там. А работаете вы здесь. Либо проектировщик перевернул стороны света, либо ваша бригада зашла не в тот ряд.

— У нас внутренняя нумерация, — Мельников нахмурился. — Номера совпали: первый, второй, третий…

— Потому что в каждом ряду отсчёт идёт с первого номера. Этой нумерации лет сорок. Но у вас в таблице указаны не только цифры, там чётко прописан материал. Покажите мне в наряде хотя бы одно кирпичное строение.

Мельников снова уткнулся в схему. Посмотрел на теплотрассу, перепроверил таблицу. Спешить он вдруг перестал. Я отлично знал этот момент: исполнитель ещё спорит по инерции, но в голове уже лихорадочно прикидывает, чья фамилия окажется крайней под актом о самоуправстве.

— Кузьмич, папку сюда.

Старик торопливо протянул документы обеими руками.

Внутри лежало старое свидетельство о государственной регистрации права, за ним — кадастровый паспорт и экспликация с выделенным контуром бокса. Бумаги были ветхими, файлики замялись на углах. Но адрес, площадь, номер бокса и фамилия владельца читались без труда.