Книга Юрист с Рублёвки. Том 2, страница 69 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Фиксируйте, — сказал я.

Он фотографировал, измерял, записывал. Сделал несколько тепловизионных снимков перекрытия. Потом я достал из папки акт приёма-передачи квартиры, который мне дал собственник Петров, и документы на установленное застройщиком оборудование. Среди бумаг был и акт ввода в эксплуатацию сантехнической системы, подписанный подрядчиком.

— Вот, — я протянул документы Геннадию Петровичу. — Срок гарантии на инженерные системы — пять лет. Дом сдан восемь месяцев назад.

Геннадий Петрович изучил бумаги, сравнил маркировку на трубах с указанной в документации. Совпадение. Потом он показал мне серийный номер на фитинге — тот самый, что разошёлся.

— Это серийная маркировка. По ней можно определить партию, дату производства и поставщика. Если такие же фитинги ставили по всему дому — а так обычно и бывает — то аналогичные дефекты могут проявиться и в других квартирах.

Инженер технадзора, стоявший рядом, перестал писать в планшет и посмотрел на Геннадия Петровича. По его лицу было понятно: он пронюхал, к чему идёт дело.

— Я не готов сейчас подтвердить, что это системная проблема, — осторожно сказал он. — Нужно проверить.

— Вот именно, — я повернулся к нему. — Нужно проверять, а точнее, нужно было делать качественно, но это ещё доказать надо. Так что, проверяем, но с участием независимого специалиста. И пока проверка не завершена, никто не трогает этот узел, не заменяет его и не «ремонтирует». Он опечатан.

Мы вернулись в квартиру Софьи, я указал им на бирку с маркировкой и пояснил:

— Если кто-то снимет эту пломбу без акта передачи на хранение — я рассматриваю это как уничтожение доказательств. И напомню: у нас есть фотографии, видео с эндоскопа и тепловизионные снимки. Даже если вы замените узел, когда я не смогу это проконтролировать, у нас останется полная фиксация.

Представитель УК открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Инженер технадзора кивнул и произнёс:

— Я передам Виктору Анатольевичу.

— Передавайте, — ответил я. — И напомните ему: я жду проект акта с правильной формулировкой до конца дня.

Они ушли. Геннадий Петрович собрал чемоданчик, снял перчатки и повернулся ко мне:

— Заключение будет готово послезавтра. Фотографии и видеоматериалы я передам вам на флешке. Но могу уже сейчас сказать: причина в обжимном соединении. Либо кольцо не дожали при монтаже, либо деформировался сам фитинг. Эта труба не должна была протечь ни через восемь месяцев, ни через восемь лет. Окончательный вывод дам после проверки партии. Если хотите, я пробью серийный номер по базе поставщика.

— Хочу, — кивнул я. — И спасибо.

Геннадий Петрович ушёл, а я остался стоять в коридоре Софьиной квартиры. Она сидела на кухне, обхватив руками стаканчик с уже остывшим кофе, и смотрела на меня.

— Лёш, — она подняла на меня глаза. — Я ведь правильно поняла, дело может быть не в монтаже?

— В целом… — протянул я. — Да. Либо ошибка монтажа, либо дефект самого фитинга. Но ни один из этих вариантов не делает виноватой тебя.

— А если выяснится, что это всё-таки я виновата?

— Пока ничто на это не указывает. И поверь, я не позволю бездоказательно повесить всё на тебя.

— Какие варианты? Если дело не во мне?

— Ошибка монтажа или дефект самого фитинга, — быстро ответил я.

Она молчала с минуту, потом кивнула и сказала: