Книга Его дочь, страница 52 – Кьяра Маркелли

В период карантина обострился финансовый вопрос. С тех пор как Арно живет со мной, мы завели общий кошелек, откуда берем деньги на еду и текущие расходы. За съемную квартиру продолжаю платить я, ведь у Арно есть свое жилье, арендный договор на которое истекает в конце года, а найти сейчас кого‑то и сдать его в субаренду невозможно.

Нужно экономить, потому что из‑за карантина многие проекты сорвались и доходы резко упали, особенно у меня. Арно готов подставить плечо, он говорит, что я могу на него рассчитывать. Но и ему урезали зарплату; начальник просит потерпеть, ведь не все клиенты сейчас платежеспособны. Арно нужно думать об Эмме, вносить свой вклад в бюджет Шарлотты, так как у нее тоже проблемы. Я злюсь, составляю списки, переписываю расчеты, планирую. Когда мне удается убедить себя в том, что денег хватит, что я могу не работать несколько месяцев и что ситуация рано или поздно изменится, я шучу:

— В жизни не ела столько консервированного горошка.

В итоге Арно наберет пять килограммов, а я сброшу два, потому что бегаю по утрам в парке.

В один из дней звонит Шарлотта, они с Арно долго о чем‑то разговаривают. Потом он расскажет мне, что Шарлотта купила Эмме одежду и попросила разделить расходы. Странно, мы никогда не обсуждали его расходы на дочь. А теперь он даже называет сумму, в которую Шарлотте это обошлось.

— Еще она купила Эмме собаку.

— Надеюсь, не той японской породы, о которой она мечтала, – шучу я.

— Японская акита, да.

— Ты шутишь?

— Она сказала, что нашла выгодное предложение. За полцены. Думаю, заводчик хотел…

— Она в своем уме?

— Разве это плохая идея? – Арно с удивлением смотрит на меня. – Эмма травмирована происходящим, ей снова снятся кошмары. Шарлотта подумала, что собака…

— Акита, Арно.

— Знаю. Но она давно хотела собаку. Мы договорились с Эммой, что на следующие дни рождения ничего ей не подарим.

— Ого! Вы с ней договорились? И долго вы вели переговоры, чтобы она пожертвовала днями рождения, от которых, как мы знаем, она никогда не откажется, в обмен на собаку, которая стоит… тысячу долларов, верно?

— Мы оба убеждены, что собака поможет ей пережить все это. Запертая в четырех стенах, без связи с внешним миром…

Кажется, Арно не понимает, о чем я.

— Как и все остальные, Арно.

— Да, но она маленькая девочка, Ливия.

— Как и многие другие, Арно. Сомневаюсь, что им всем подарили собаку… тем более акиту.

— Честно говоря, другие дети меня не интересуют. Я думаю о своей дочери, которой плохо. Ты же знаешь ее, Эмма очень чувствительная и…

— Эмма – чувствительная?

— Что‑то не так?

Он всегда задает эти дурацкие вопросы: «Ты в порядке?», «Что‑то не так?» – когда то, что не так, очевидно и требует прямого ответа. Мне надо бы ответить ему: «Нет, все так, просто я устала», как я обычно делаю, чтобы не поругаться. Но сегодня я не просто устала: я сыта по горло.

— У меня все в порядке. А у тебя?

Помолчав немного, Арно продолжает:

— Эмме сейчас очень сложно. Ее буквально вырвали из жизни, которая для нее только началась. Новые друзья, новая школа… Огромные перемены для девочки ее возраста.

— Поэтому нужно купить ей породистую собаку.

— Шарлотта говорит, что Эмма в восторге.

— Еще бы она не была в восторге! Но дело в том, что с деньгами сейчас туго, ведь твой курс лекций отменили, а я сижу без работы. И потом, такая сумма на новую одежду… Эмма сидит дома, что ей нужно кроме спортивного костюма? Вдобавок мы будем оплачивать ее собаку?