Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 36 – Пер Якобсен

На самом деле у Адама есть там и другая задача. Он намеревается проверить, не найдется ли в сарае инструмент, который он сможет использовать как оружие в случае, если им придется защищаться. В конце концов, они отправляются в лес и рискуют столкнуться с дикими зверями…

Вот как он объяснил это Бет, хотя они оба знают, что опасность не во встрече с волком или медведем. Дело в их сталкере. В тайном Санте, подарки которого страшны и жестоки.

Арсенал потенциального оружия собран в юго-западном углу сарая, сразу за загородкой со свиньями, и пока Эбби насыпает корм курам, Адам, пользуясь возможностью, отправляется изучить его поближе.

Хороших вариантов несколько – молоток, топор, обломок металлической трубы, – но его выбор падает на вилы, с помощью которых он несколько раз менял у свиней солому. Они удобней других инструментов, потому что в пути ими можно пользоваться как посохом. А угрозу потенциальному противнику представляют немалую.

«Ты себя слышишь? С каких пор „на всякий случай“ стало годным объяснением для хождения по лесу с гребаными вилами?»

С тех пор как незнакомец отрезал лапу любимому кролику его дочки и подбросил в рождественский чулок. Вот он, ответ – простой и однозначный.

— Я должна все делать сама?

От звука голоса Эбби он вздрагивает – и оба они разражаются хохотом.

— Нет, конечно, прости, – говорит Адам, возвращая вилы назад, к остальным инструментам. – Я иду. На ком ты остановилась?

— Я покормила кроликов и кур. Остались свиньи. Если насыплешь им корм, я тем временем поменяю воду. Бери синее ведро, самое большое.

— Да ты, смотрю, здорово тут освоилась, а?

Эбби подмигивает ему и характерным ковбойским жестом поправляет надо лбом воображаемую шляпу. Потом, изображая техасский акцент, говорит:

— Не в первый раз на родео!

Он отвечает, складывая из указательного и большого пальца револьвер и одобрительно выстреливая в ее сторону.

Десять минут спустя с делами покончено, и отец с дочерью вдвоем стоят снаружи, в последний раз заглядывая в полутьму сарая, после чего Адам захлопывает дверь и запирает на замок. Вилы при нем – прислонены к стене. Адам заранее переставил их туда.

Эбби видела, как он это делает, – и видит, как он теперь их берет и несет к дому. Но не задает вопросов и никак не комментирует его действия.

Сейчас половина двенадцатого утра, и мир вокруг жестокий и ослепительно-белый. Всего полтора часа прошло с тех пор, как они покинули охотничий домик и отправились в долгий путь вниз с горы, но Бет уже полностью обессилела. А еще она в отчаянии. От него никак не отделаться; оно наваливается на нее медленно, но неотвратимо.

Причин для отчаяния несколько. Первая, и самая весомая, – это погода, которая нисколько не улучшилась со вчерашнего дня. Даже наоборот. Ветер так и свищет, в ледяном воздухе мечутся тысячи снежинок, жаля их, как разъяренные насекомые, во все места, где кожа обнажена. От каждого вдоха горят легкие, каждый выдох похож на стон.

Еще одна – и для Бет еще более удивительная – причина в изоляции. Окруженные одним только снегом, который, словно толстое одеяло, укутывает все вокруг, без признаков жизни на многие километры, они вполне могли бы сейчас быть последними четырьмя людьми на Земле.

Но это не так. Рядом по крайней мере еще один человек – и он в действительности третья причина нарастающего отчаяния Бет. Он где-то здесь. Их сталкер, что прятался во тьме и играл с ними в свои тошнотворные игры. Тот, из-за которого они здесь, в лесу… и часть ее боится, что этого он и хотел.