Онлайн книга «Мифы близкого будущего»
|
— Достаточно пары жутких фотографий… – Райан встал, надевая патронташ. Что бы ни говорил тут доктор Эдвардс, реальность гражданской войны оставалась единственной альтернативой, достойной в глазах Райана безоговорочной веры. – Доктор, мне пора. Нужно вернуться в Бейрут. — Слишком поздно, Райан. Если мы вернем тебя, ты поставишь под угрозу весь наш дальнейший эксперимент. — Мне никто не поверит. В любом случае я должен найти свою сестру и тетю Веру. — Она не твоя сестра, Райан. Не твоя настоящая сестра. И Вера – не твоя настоящая тетя. Они, конечно, не знают. Они думают, что вы все из одной семьи. Луиза была дочерью двух французских исследователей из Марселя, погибших в Антарктиде. Вера – подкидыш, воспитана монахинями в Монтевидео. — А как насчет… — Тебя, Райан? Твои родители жили в Галифаксе, Новая Шотландия. Тебе было три месяца, когда они погибли в автокатастрофе. К сожалению, есть и такие сценарии смерти, которые пока не поддаются предотвращению с нашей стороны… Доктор Эдвардс, хмурясь, разглядывал карту Бейрута сквозь пластиковое окошко на стене. Сержант-связист лихорадочно работал над огромным дисплеем, прикрепляя флажки с информацией о новых происшествиях. Все собрались у мониторов. Полицейский махнул доктору Эдвардсу, тот встал и вышел из кабинета. Райан смотрел на свои руки, пока двое мужчин совещались, и едва услышал, как Эдвардс вернулся и принялся искать свой шлем и нарукавник. — Сбит самолет разведки. Я должен тебя покинуть, Райан, – боевые действия выходят из-под контроля. Роялисты захватили футбольный стадион и здание ООН. — Стадион? – Райан вскочил на ноги. Его автомат был единственной защитой, какую он знал с тех пор, как покинул город. – Там же мои сестра и тетя! Я с вами, док. — Дружище… ты даже не понимаешь, какая там сейчас разыгрывается заварушка. В этом конкретном случае мы, боюсь, подожгли слишком много фитилей разом. Кое-кто из ополченцев уже без стеснения палит по наблюдателям из ООН. – Доктор Эдвардс остановил Райана у двери. – Я знаю, что ты беспокоишься за них, ты прожил с ними всю свою жизнь. И все же они тебе не… Райан оттолкнул его: — Док, говорите что угодно – они все ещемоя сестра и моя тетя! Только через три часа они добрались до футбольного стадиона. Пока колонна машин ООН въезжала в город, Райан разглядывал завесу дыма, укрывшую беспокойный горизонт. Темная пелена простиралась далеко в море, освещаемая вспышками взрывов, когда отряды подрывников противника двигались по улицам. Райан сидел позади доктора Эдвардса, во втором бронированном фургоне, но их разговор был едва слышен за звуками ракетных и пулеметных очередей. К этому моменту Райан уже знал, что им с доктором почти нечего сказать друг другу. Он думал только о заложниках на захваченном посту ООН. То, что война в Бейруте была на самом деле спланированным социальным экспериментом, его теперь мало беспокоило. Это откровение кануло за пределы его сознания – в эмоциональную черную дыру, откуда не мог вырваться ни свет, ни смысл. Наконец они остановились возле поста ООН в гавани Восточного Бейрута. Доктор Эдвардс побежал в радиорубку, а Райан стащил с головы свой голубой шлем. В каком-то смысле он разделял вину за здешнюю грозную вспышку насилия. Крысы в лаборатории были вполне счастливы, нажимая на знакомый набор рычагов – спусковые крючки своих винтовок и минометов – и получая ежедневную порцию ненависти. Шальная мечта Райана о перемирии, словно непроверенная анестезия, дезориентировала их – и привела к приступу гнева, едва ли поддающегося контролю. |