Книга Антиглобализм на тропе войны. Борьба против нового мирового порядка, страница 84 – Александр Лозье

Когда мы с Дэвидом прибыли на границу, мы задавались вопросом, не вернутся ли наши недавние проблемы с пересечением канадской границы, чтобы преследовать нас. К счастью, этого не произошло – но, вероятно, только потому, что информация в то время распространялась не так быстро. Однако наша удача длилась недолго. Я ориентировался по указаниям, предоставленным «MapQuest», пока мы не добрались до парка в глубине города. Там уже собрались сотни людей, хотя было так рано, что солнце ещё не встало. Прежде чем мы успели найти место для парковки, мы увидели позади мигающие огни и поняли, что нас останавливают.

Полицейский подошёл к машине, и Дэвид опустил окно. Будучи по натуре конфликтным, Дэвид немедленно начал требовательно интересоваться, почему его остановили. Офицер заявил, что это из-за неисправного стоп-сигнала. Дэвид предположил, что, вероятно, потому что мы ехали на протест. Это побудило офицера спросить, что мы намеревались делать в его городе. Возражение Дэвида о «свободе слова» прозвучало довольно неубедительно, учитывая, что мы больше не находились в своей собственной стране.

Обмен репликами стал настолько жарким, что я боялся, что мы окажемся в тюрьме ещё до начала протестов. Однако в конце концов они конфисковали машину Дэвида, но отпустили нас. Мы должны были забрать её позже в тот же день и заплатить штраф. Дэвид был в ярости. Я был просто счастлив, что всё ещё могу участвовать в протесте.

Марш начался по расписанию, толпа немедленно вышла на улицы и направилась в финансовый район. Как и в большинстве других протестов, в которых я участвовал до этого момента, толпа была смешанной. Однако, несмотря на это разнообразие, настроение с самого начала было определённо воинственным. Несколько протестующих в масках вытащили газетные киоски на проезжую часть, образовав блокаду против полиции, которая преследовала нас сзади. Другой протестующий забрался на крышу отельной веранды, схватил американский флаг и поджёг его, к большому восторгу других протестующих.

В конце концов, протест был довольно непримечательным – очередной игрой в кошки-мышки между протестующими и полицией, которая длилась несколько часов. Это становилось привычным ритуалом. В моём сознании возникали мысли: интересно, влияют ли эти уличные драмы и как именно на реальную политику, против которой мы протестовали? Я подавлял их как мог.

Я вернулся в Техас и начал готовиться к возвращению в колледж на весенний семестр 2002 года. Вместо того чтобы возвращаться в курятник, я просто занял внутреннюю комнату в доме, которая находилась между кухней и гостиной. Хотя я был рад снова начать занятия, мой разум всё ещё был в значительной степени поглощён мировой политикой. Война в Афганистане бушевала, и теперь администрация Буша готовилась к вторжению в Ирак.

Однажды утром все студенты получили удивительное электронное письмо от президента университета, в котором сообщалось, что братство Kappa Alpha, которое было отстранено на 5 лет предыдущей весной, вернётся в кампус в следующем семестре. Это был неожиданный разворот решения, которое годом ранее было широко одобрено. Общекампусная электронная рассылка, используемая студентами, взорвалась протестами, и я быстро присоединился к ним.