Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 38 – Дарья Адаревич

— Всех на уши подняли.

— Конечно, подняли. Да потому что не дело жить в такой комнате. Вдвоем. Целую неделю. Мы одну ночь-то не продержались, ты чуть не сожрал меня.

— Ты не была против.

— Это все твое влияние. Меня воспитывали в других традициях.

— Да-да, подруги отшельницы что б их всех…

— Выше нос, я тебе жизнь сегодня спасла.

— Разумеется.

— Вот ты не веришь, а так оно и есть.

— И многие парни померли после ночи с тобой?

— Ни одного.

— Да ну?

— Я девственница, умник.

Ловласс тупит взгляд. Так и стоим мы виноватые и смущенные, пока радостные старейшины не заканчивают с обстановкой комнаты, и мы не отправляемся спать.

Ворочаюсь на постели. Не спится. Конечно, мне не спится. После такого-то. Губы все еще горят, а пальцы дрожат. Неужели это она? Страсть! Чувство, от которого меня предостерегали подруги-отшельницы? Чувство, которое так часто путают с любовью.

— Ловласс, спишь? — зову тихонько.

— Смотри не перевозбудись от ночных разговоров, — слышно ворчание из-за двери.

— Ты обиделся?

— Нет.

— А тон у тебя, как будто обиделся.

— Амелия, спи уже.

— Не спится. Мне… неловко.

Молчит. Становится еще более неловко.

— Забудь, — наконец говорит Ловласс. — Не захочешь, я тебя не трону. Плевать в проклятье дело или в чем еще. Забудь и спи.

После этих слов мне должно было стать легче, но почему-то не стало. Вздыхаю, переворачиваюсь на спину.

— Моя комната больше, — говорю я.

— Амелия, спи.

— Как ты получил шрам?

Молчит. Может, зря я начала спрашивать? Как же все так обернулось? Мы были друзьями. Мы должны были оставаться просто друзьями, а тут поцелуи всякие начались, потом его прикосновения. Мои щеки вспыхивают.

— Дрался со стражем на границе, — наконец звучит приглушенный ответ. — Чуть в глаз не попал, гад.

— Да я не про тот, который на брови. На груди. На сердце.

— А этот, — его голос звучит устало. — Это часть моего проклятья. Проклятье в сердце, Амелия.

— Что это значит? У тебя проклято сердце?

— Да.

— Я не понимаю.

— Я тоже понимаю слишком мало, но поверь, даже с проклятым сердцем, я не причиню тебе вреда. Кому угодно, но не тебе.

И я верю. Хочу верить.

Две недели мы читаем книгу. Две недели, через стенку. Приходится быть громче, чем обычно. У меня горло уже устало. Читаю и читаю, а Ловласс слушает и слушает. Иногда вопросы задает.

— Близнец может забрать проклятье своего брата, — в какой-то момент читаю я.

— Постой-ка, — слышно из-за стены.

— Что? Думаешь, Риз хотел поменяться с тобой проклятьями?

Я пошутила, но Ловласс не думает смеяться.

— Ты это серьезно? — не понимаю. — Думаешь, брат решил поменяться с тобой судьбами?

Молчит.

— Но в чем именно заключается твое проклятье? Я не чувствую, чтобы с тобой было что-то не так. Ты нормальный.

— Нормальный?

— Ну то есть жуть, какой странный, но не проклятый. Нет признаков проклятого.

— Благодарю, доктор Амелия.

Листаю страницы. Близнец забирает проклятье своего брата. Для этого необходимо…

— Обменная программа, — читаю вслух. — Для обмены проклятьями близнец должен обменять свою драконью кровь с кровью брата.

— Переливание крови?

— Похоже на то.

— Читай дальше.

— Проклятое сердце качает кровь, и при обмене кровью проклятье переходит.

Молчим. У меня в голове складывается картинка. Риз хотел поменяться? Но тогда зачем занимать место Георга?