Книга Осколок "Зеркала", страница 37 – Артём Март

Третий носил разгрузку, сшитую из советского брезента, и двигался с ленивой грацией человека, который привык ждать. У четвертого был пулемет Калашникова с укороченным стволом и запасной короб на поясе.

Пятый, самый старший, с седой щетиной и выцветшими глазами, стоял чуть позади и смотрел на Мэддокса оценивающим взглядом.

Все они были немолоды. От тридцати, до пятидесяти лет. У всех — спокойные, пустые лица людей, которые видели смерть так часто, что перестали ее замечать. Мэддокс знал этот тип. Это были волки. Кровожадные и готовые резать глотки.

И все равно Мэддокс смотрел на них сверху вниз. Они были афганцами. Унтерменшами. Расходным материалом. Он не доверял им, как не доверял никому после Тишака. Но сейчас они были нужны. И он смирился с этим.

Грейвз закончил инструктаж и повернулся к Мэддоксу.

— Ну и как они тебе? — хмыкнул Грейвз. — Я слышал, этих тренировали в Пакистане наши люди.

— Сойдет, — буркнул Мэддокс.

Грейвз тут же потемнел лицом. Холодно глянул на Мэддокса.

— Выдвигайся, — суховато бросил он. — Как только начнется атака с фронта, у тебя будет окно. Используй его как полагается. И не наделай больше в штаны.

* * *

Всадники вылетели из леса, как выпущенные из целой батареи пращей камни.

Я видел, как они разворачивались широкой дугой, заходя слева, туда, где позиции у старого русла прикрывал Фарук со своими людьми. Пыль под копытами поднималась стеной, и сквозь нее поблескивали стволы автоматов.

— Оружие к бою! — приказал я.

Потом обернулся к Стоуну, сидевшему от меня через Горохова. Он держал автомат наготове и ждал.

— Сейчас прикажешь афганцам с фронта огня не открывать! Понял?

— Да, — подтвердил он жестко.

— Пулемет! — крикнул я тогда. — Левый фланг! Огонь!

Громила открыл огонь из-за дальнего дувала. Очередь вышла длинной, захлебывающейся. Первый всадник дернулся в седле и стал заваливаться на бок. Лошадь под ним споткнулась, протащила его несколько метров по земле и рухнула сама, подняв облако пыли.

Несколько афганцев, видя, что Громила открыл огонь, тоже приготовились стрелять, но Стоун быстро успокоил их, выкрикивая приказания.

Громила продолжал поливать врага огнем, и еще один душман вылетел из седла, взмахнув руками, как неуклюжая птица.

А потом Фарук и его афганцы поддержали Громилу огнем из винтовок.

Отсюда я их не видел. Стрелковая группа была предоставлена сама себе, но позиции у русла были очень уж хорошие.

Мда… Гораздо проще, конечно, было накрыть противника огнем нескольких отделений, чьи сектора пересекаются. Но я не хотел истратить весь БК раньше времени. Приходилось действовать осторожно.

А тем временем, гавкающие, сухие винтовочные выстрелы афганцев вторили резкой трескотне пулеметного огня.

Громила, наверное, весь рожок решил разрядить в несколько очередей.

Уцелевшие всадники разворачивали коней и уходили обратно в лес. Последний, пригнувшись к гриве, получил пулю от кого-то из афганцев и сполз с седла уже под деревьями.

Наступила тишина. Наступила так же внезапно, как и завязавшийся стрелковый бой.

Ковалёв вскинул автомат над головой и заорал:

— Ну че⁈ Съели, суки!

Громила уже поднимался, меняя позицию. Седых, молчаливый и спокойный, только вытер лоб рукавом. Афганцы переглядывались, на их лицах появлялось мрачное удовлетворение. Первый натиск отбили.