Книга Пустая ловушка, страница 71 – Джон Данн Макдональд

В дни, наступившие сразу после убийства, мистер Уиллис Прайор, брат обвиняемой женщины, провел возле нее бесчисленные часы, даже присматривал за ней в течение ночи и неустанно заявлял о ее невиновности. Он написал письмо в газету, критикуя бездействие полиции. После помешательства Надин Олан и медицинского заключения о том, что прогноз неблагоприятен, Уиллис Прайор прекратил свои усилия, предпринимаемые ради нее, отказался от участия во многих общественных делах и вышел из советов директоров нескольких местных корпораций.

Я тщательно проанализировал то, чем располагал. Этого было не так уж много. Наверняка меньше того, что было известно Додду Рэймонду. Это был его город; он знал мелкие подробности, которых не было в газете. Он, вероятно, воспользовался газетой, чтобы подкрепить свои воспоминания. И он хорошо знал Мэри Олан. С ним она стала бы говорить о таких вещах, а со мной — нет.

Все, что у меня было, — это догадки. Догадки относительно греха праведности.

В тот субботний вечер я повел Тони обедать. Наверное, в моем обществе было не слишком весело. Я на какое-то время присоединялся к нашей компании из двух человек, и тогда все было замечательно, а потом снова уносился мыслями далеко. Тони это отчасти забавляло, отчасти обижало. Я старался, как только мог, затем проводил ее в мой бывший дом, а сам забился в свою норку в отеле. Я позвонил ей после того, как лег в постель и погасил свет, стараясь представить ее сидящей у моего телефона. Тони сказала, что на ней очередная восхитительная прозрачная пижама и что она тоже сидит в темноте.

Мы говорили то, чего можно ожидать в подобных обстоятельствах, и все это было просто восхитительно.

Два часа спустя ночной кошмар заставил меня проснуться.

Я ощущал себя незащищенным, напуганным и голым. Как будто с меня содрали кожу, но предмет страха исчез; я не мог его вспомнить. Помнил только, что бежал, как в замедленной съемке, а кто-то гнался за мной все быстрее и быстрее.

Ферма Прайоров была на свой манер таким же зрелищным местом, как и дом. Тучный черный скот пасся на сочной траве за белой, как кость, оградой. Алюминиевые крыши конюшен сверкали под воскресным утренним солнцем. Я сбавил скорость, чтобы понаблюдать за табуном лошадей, несущихся во весь опор. Безо всякой причины. Им просто было хорошо. Вот такое это было утро. Два больших межевых столба помечали въезд. Посыпанная гравием дорога вела от въезда прямиком к хозяйскому дому. За домом, на покатом склоне холма, стояли два домика, в которых размещались Прайоры, когда они жили на ферме. Позади хозяйского дома были разбросаны амбары и силосные ямы.

Я проигнорировал строгие надписи, предупреждавшие, что это частное владение, въехал и припарковался у хозяйского дома. Новенький красный трактор стоял с непоколебимым угловатым достоинством, словно диковинное марсианское насекомое.

Вскоре из-за угла хозяйского дома вышел Джон Фидд и посмотрел на меня с отвращением.

— Вы? — проговорил он.

— Вернулись с озера?

— Этим летом там ни лошадей, ни лодок. Из-за мисс Мэри. И этого никудышного Иггера. Оно и к лучшему. У меня здесь слишком много дел, чтобы еще мотаться туда и быть за конюха. Мне нужно присматривать за здешними работниками.

— Мне хотелось бы посмотреть на то место, где вчера утром нашли мистера Рэймонда.