Книга Чтица императора, страница 117 – Елена Алексеевна Кузнецова

Я почувствовала, что у меня за спиной встал Дамиан. Я сжалась, ожидая, что он обнимет меня. Я не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Слишком часто моё тело предавало меня. Но сладкий дурман рано или поздно отступал, и пробуждение с каждым разом становилось всё болезненнее.

— Эви, ты ведь понимаешь, что убить герцога было необходимо. Пока он был жив, опасность новой войны в Арджурии сохранялась. Точнее, она была бы неизбежной.

— Понимаю.

За окном сгустились сумерки и увидеть в окне легче было наши с Дамианом силуэты, отражавшиеся в сетке стекла, чем происходящее на улице. Я увидела, как император потянулся к моим волосам, но уронил руку, так и не посмев дотронуться.

— Я не хотел подпускать его к тебе. Но это было наилучшим способом. Всё остальное получалось кровавей и с худшими последствиями для империи и Арджурии.

— Я понимаю.

Действительно, что значит доброе имя, чувства, покой и безопасное будущее одной женщины в сравнении со столь огромными целями. Если бы речь шла не обо мне, возможно, я даже оценила бы красоту этой кровавой игры. И словно откликаясь на мою непроизнесённую мысль, Дамиан сказал:

— Благодаря тебе он получил красивую смерть. Умереть за честь любимой женщины, бросив вызов кровавому деспоту. Уверен, что менестрели сложат балладу о герцоге и его роковой любви.

— Не смешно.

— А я и не смеюсь. Эви, – его голос зазвучал тише. – Я ведь тоже рисковал...

— Вот именно! Это было глупо! Как вы могли рисковать собой? Вы ведь могли погибнуть!

Его рука осторожно легла на моё плечо.

— Ты бы огорчилась?

Почему мужчины такие идиоты?

— При чём тут я? В империи опять началось бы кровавое безумие.

— Эви, не говори мне сейчас об империи. Пожалуйста. Я спрашиваю тебя.

Я только крепче сжала зубы, чтобы не выпустить слова, что рвались наружу. Поняв, что ответа не будет, император заговорил сам:

— Шанс погибнуть, конечно, был, но небольшой. Я сильнее его и опытнее. Риск – это про другое. Больше боялся, что ты меня возненавидишь потом. Обвинишь в его смерти. Я потеряю тебя.

— Правда? Разве такое возможно? Вы ведь всегда добиваетесь своего!

Я устала говорить со стеклом и повернулась лицом к Дамиану. Хотелось видеть выражение его лица.

— Стараюсь. Получается не всегда.

Император преклонил колено и покаянно опустил голову:

— Умоляю, прости меня, Эви.

Я смотрела на склонённую фигуру императора, пытаясь взять под контроль чувства. Сердцу так хотелось поверить Дамиану! А разум напоминал, что сейчас опасно отталкивать императора. Я не могу себе это позволить и от этого понимания злилась на себя и на него.

— Я прощу тебя, если ты дашь мне два обещания.

— Какие? – поднял голову и посмотрел мне в глаза император.

— Я понимаю, что просить не использовать меня для ваших интриг бесполезно. Если вы увидите, что нет другого способа, то вновь сыграете мною.

В его молчании я увидела уважение. Он не стал говорить красивые слова и убеждать в невозможном. Не лгал. Ждал продолжения.

— Но обещайте мне, что в следующий раз предупредите о вашей игре.

Император не стал легко бросать “Обещаю”. Видно было, что он видит подводные камни, которые прячутся за данным словом. Я и сама их видела.

— Клятва должна быть магической? – уточнил император.

— Нет. К чему подвергать вас ненужному риску. Только учти, я всё равно пусть не сразу, но узнаю, что слово нарушено, и веры больше не будет.