Книга Чтица императора, страница 116 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Прости меня... Прости...

С трудом удержалась от того, чтобы привычно не прикоснуться к его светлым прядям.

— За что?

Мне хотелось услышать, что он считает своей виной. Хотелось его признания.

— За всё, – увернулся от этого император.

Ловко! Вроде и раскаивается, но непонятно в чём. И я не сдержалась:

— И всё-таки за что? За то, что лишили меня семьи и дома, доброго имени? А теперь ещё и выставили виноватой в смерти Федра?

— Ну, это он сам...

— Сам? Вы использовали меня! Всё разыграли как по нотам!

— Да, всё получилось, – поднял голову от моих колен император и посмотрел мне в лицо. – Я был уверен, что ты поймёшь. Это было наилучшим выходом. Он сам вошёл в ловушку.

— А я стала приманкой?

— Прости... – Дамиан ухватил мою руку и поцеловал запястье.

Я дёрнулась, и он неохотно отпустил мою ладонь.

— Почему бы вам было не использовать как повод для поединка Феодоту? Как брат, он должен защищать её честь.

— Из-за неё он не рискнул бы. Человека легче обмануть, когда он сам хочет поверить. А поверить в то, что желанное возможно, легче лёгкого. Ты сам готов обмануться.

Он смотрел на меня так, словно предлагал обмануть его. Но я хотела правды.

— И чего же так сильно хотел Федр?

— Федр... Убить меня и получить тебя.

— Удивительно! – не сдержалась я. – Ведь Федр никогда не был глупцом. Как он мог не подумать о последствиях? Даже если бы ему удалось убить тебя...

У меня сжалось горло от мысли, что Дамиан мог умереть, и я невольно прервалась и прикоснулась к его плечу, но тотчас спохватилась и хотела отдёрнуть руку. Но император не дал, накрыв мою ладонь своею.

— Вас,– поправилась я. – Он должен был понимать, чем это чревато. И из вашей смерти вовсе не следовало, что он получит меня.

— Если чего-то сильно хочешь, то реальность отступает. Начинаешь верить, что есть способ сделать невозможное возможным.

Дамиан вновь поцеловал кончики моих пальцев., внимательно всматриваясь в моё лицо.

— Вы использовали меня, – скорее чтобы напомнить себе, вновь произнесла я. – И используете вновь, если это потребуется.

— Да, – не стал отрицать император. – Если не увижу другого способа. И при этом надеяться, что ты меня простишь.

Какая отрезвляющая честность!

— Позвольте мне встать.

Император отпустил мою руку, поднялся с колен и чуть отступил, но в тесной комнате всё равно оставался ко мне слишком близко. Огромный, горячий, он нависал надо мной и давил уже одним своим присутствием. Мне хотелось остаться одной, но это было невозможно.

Я сделала шаг к окну и уставилась в окно, чтобы не видеть Дамиана. Он так уверен в моём прощении. И у него есть для этого все основания. Я не могу сейчас позволить себе оттолкнуть его. После сегодняшнего мне нет места в Арджурии, а уехать отсюда без покровительства императора невозможно. Надо бы поступить по поучениям Мары и подольститься к Дамиану. Тем более, что он сам намекнул на свою готовность поверить в моё притворство.

Что же, для него это очень удобно. Закрывая глаза на моё притворство, он получает все удовольствия от наших отношений, а потом, когда ему потребуется использовать меня, притворится уже он, не мучаясь угрызениями совести. Притворится, как в этот раз, что ревнует или что не замечает того, как герцог ищет встреч со мной. Сейчас, задним числом, я понимала, что если бы император захотел, ни в первый, ни во второй раз Федр не смог бы даже подойти ко мне. Оборотни бы не позволили. Федру меня намеренно демонстрировали, чтобы раздразнить и заманить в ловушку.