Книга Прихоть императора, страница 46 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Всё хорошо, уже всё хорошо, — приговаривала я, стараясь сама поверить в это.

— Ниса Эвелин, узнайте, кто он, чей сын, — напомнил о деле император.

— Я могу обещать, что здесь ему ничего не грозит? — чтобы убеждать, я должна и сама в это верить.

— Да. Лично ему ничего не грозит, кем бы он ни был. Я не воюю с детьми.

И я поверила.

— Видишь, малыш, сам император заверяет в том, что здесь тебе ничего не грозит.

— Я не малыш! — оторвался от меня мальчик и выпрямился.

— Не малыш. А кто? Как тебя зовут?

Мальчик с явным сомнением осмотрелся вокруг. Я вновь взяла его за руку, побуждая довериться мне.

— Назови хотя бы имя. От одного имени ничего не изменится, зато я смогу обращаться к тебе и без «малыша».

— Пит. Питер, — поправился он.

— Что с тобой случилось?

— Меня украли. Мы с мамой и охраной возвращались от бабушки, когда на нас напали. У них был сильный маг. Сильнее нашего. Раз — и я уснул. А очнулся уже у них.

Мальчик ещё всхлипывал, но торопился мне всё сказать.

— У кого?

— Не знаю. Не думаю, что это бандиты. Они больше на солдат похожи.

— Императорских гвардейцев?

— Нет, — он энергично закачал головой, — не имперцы точно. Это наши, арджурцы. Наверно, дезертиры какие-то.

— Тебя, — я запнулась, не зная, как спросить о таком, — не обижали?

— Меня связали и почти не кормили. И говорили, что могут убить, если довезти куда-то не получится.

— Тебе говорили⁈

— Нет. Между собой. Я подслушал.

Я чувствовала, как внимательно все следят за нашим разговором, и радовалась, что никто не вмешивается в него. Мальчик расслабился и стал доверять мне. Можно было выяснять дальше. У меня возникли сомнения — насколько честно воспользоваться возникшим доверием. Ведь император обещал не вредить лишь ребёнку. На его родителей обещание не распространялось. Потом представила, как сейчас где-то переживают о сыне родители, и поняла, что они предпочли бы знать о его судьбе.

— Надо сообщить твоим близким, что ты жив. Они наверняка за тебя волнуются. Так что скажи, кто твой отец, и император пошлёт ему весть.

— Я стану заложником?

— Даже если так, отец будет знать, где ты. Ему принимать решение. Разве ты не хотел бы знать, что случилось с твоими близкими?

— Хотел бы… Отец должен знать, кто убил маму.

— Ты уверен, что её убили?

— А разве нет?

— Откуда мне знать, ведь я не знаю, кто она. Но ты разве видел её мёртвой? Ты вроде сказал, что уснул во время нападения. Или твои похитители говорили о её смерти? Но даже если говорили, то могли лгать, чтобы напугать тебя сильнее.

— Не видел… не говорили… — в глазах Питера загорелась надежда. — Мама может быть жива! Отец должен знать.

Похоже, именно надежда заставила мальчика решиться. Он расправил плечи и чётко произнёс:

— Мой отец — граф Финлис.

— Стратиг Франкирской фемы? — не сдержал удивления кто-то.

Я с сочувствием посмотрела на Питера. Лучше бы его отец был купцом. Тогда могли бы ограничиться выкупом. Графа Финлиса и его наследника наверняка используют в политических играх.

— Благодарю вас, ниса Эвелин, — обратился ко мне император. — Проводите мальчика в его комнату, прикажите, чтобы его накормили, и возвращайтесь назад.

В сопровождении охраны я отвела Питера в отведённую ему комнату. Похоже, тем самым император убивал сразу двух зайцев: успокаивал мальчика и меня. Питер всю дорогу держал меня за руку, и его ладошка уже перестала быть ледяной. Я чувствовала, как начинает спокойней биться его сердце, выравнивается дыхание. И когда мы дошли до места, видно было, что на мальчика навалилась усталость. В комнату он зашёл на заплетающихся ногах, зевая и старательно моргая закрывающимися глазами. Кое-как он доплёлся до лежанки и свалился на неё, уснув, кажется, ещё не донеся голову до подушки.