Книга Тигровая лилия, страница 127 – Катерина Зверь

Девушка мысленно выругалась. Стоит держать себя в руках. Если она так и будет дергаться от каждого прикосновения, Алар увидит, что она так и не доверилась ему – и, естественно, не доверится ей сам.

— Идем, йемиах, – позвал охотник, увлекая ее к дверям, ведущим куда-то вглубь здания.

Джемайя послушно направилась за ним, первой шагнула в указанную дверь – и оказалась возле лестницы, ведущей на второй этаж дома.

Единственной, отметила про себя девушка.

Охотничьи домики строились так, чтобы при необходимости обороняться от разбойников, так что лестницы и двери в подобных местах можно было пересчитать по пальцам одной руки. Конечно, в каждом из таких домов, как и в Чаше, имелся потайной ход на случай возможного окружения, пожара или других несчастий, но, как правило, знали о нем лишь командиры ловчих или военных отрядов. Возможно, приложив некоторые усилия, Джемайя смогла бы отыскать его самостоятельно – если бы кто-то позволил ей разгуливать по всему зданию.

Алар, конечно же, не собирался выпускать драгоценную добычу, так что попросту сменил один загон на другой; проводив Джемайю наверх, где располагались жилые комнатушки, он подтолкнул девушку к ближайшей двери.

— Располагайся, – проговорил он, едва Джемайя успела переступить порог, – я скоро вернусь.

Джемайя обернулась, открыв рот, – и в этот момент дверь захлопнулась перед ее носом.

Послышался лязг замка.

Колотить в дверь, проверяя ее на прочность, девушка не стала. Ямаррские охотничьи заимки возводились на совесть.

И уж точно не на такую, какой обладал – если вообще обладал – Алар-Аглеш ар-Кешшар.

Оставалось последовать совету и «располагаться».

Что ж, по крайней мере, оббитая просмоленными досками, прогретая солнцем комнатка была уютнее, чем сырой полуподвал, пропахший звериной мочой.

Богатством обстановки она, конечно же, похвастаться не могла – комнатушки на втором этаже служили в основном местом безопасной, сухой и теплой ночевки, где можно было перевести дух после блужданий по чаще. Так что всю мебель составляли лишь пара старых матрасов, сваленных в углу, несколько покрывал, сложенных неаккуратной стопкой, колченогий стол, годящийся разве что для того, чтобы скоротать вечер за игрой в карты или кости, пара деревянных креплений на стене, куда можно было пристроить плащ или лук, и притулившаяся в углу помойная кадушка с крышкой, способная при необходимости послужить отхожим местом.

И никаких подходящих мест, где мог бы располагаться люк потайной лестницы.

Джемайя все равно простучала половицы, но, как и ожидалось, ничего не нашла.

Подойдя к окну, девушка пошире распахнула ставни, впуская в комнату солнце. Проем, как и все прочие, был перекрыт прочной решеткой, с которой чья-то заботливая рука смахнула паутину.

Джемайя осторожно выглянула наружу. Окно выходило на утоптанную площадку позади дома. Чуть поодаль виднелись коновязь и пустые поилки. Рядом валялось бревно, кое-как обтесанное, – по всей видимости, его притащили сюда позже. На бревне, по пояс раздетый, сидел один из охотников Алара – матерый, широкоплечий, с покрытым шрамами лицом. Джемайя узнала его – этот охотник вместе с товарищем сопровождал ее к южным городским воротам в ту ночь, когда пропал Нерим. Кажется, его звали Семир…

Джемайя пару минут понаблюдала, как охотник затачивает оселком нож, – и поймала себя на том, что сейчас, когда она узнала правду о стае Алара, нечто звериное начало мерещиться ей в повадках его подчиненных.