Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 99 – Лоис МакМастер Буджолд

— Что заставляет задуматься, где Тронио нашел столько элементалей, – сказал Пен. – Вообще-то они не растут на деревьях.

Или в деревьях. По какой-то причине редкие протодемоны обнаруживались только в высших животных. Пен полагал, что на поддержание существования им требовался некий минимальный уровень активной жизни. Возможно, те, что вселялись в деревья, просто сразу исчезали и никто их не замечал? Каким способом можно…

И ты обвиняешь меня в том, что я отвлекаю тебя, хмыкнула Дез.

— Думаю, люди время от времени приносят их в Орден Бастарда, – ответила Аликстра. – Чтобы их уничтожили, сказал Просвещенный Тронио, а значит, я не делала с ними ничего такого, чего не произошло бы в любом случае. Вместо этого Тронио просто приносил их мне.

— Этот человек присваивал демонов?

Она моргнула.

— Присваивал? Я хочу сказать… я думала, он имеет право.

— Только не на это, – пылко возразил Пен. И чуть не добавил: «Уж поверь мне», – но только посмотрите, куда ее завело доверие другому просвещенному храмовому чародею. Выбор Тронио из этих сверхъестественных запасов должен был быть ограничен элементалями в некрупных животных, чтобы его убийца сама смогла их прикончить. Значит, никаких лошадей, коров и медведей… Ему в голову пришла другая мысль, и он нахмурился. – Не хочу огорчать тебя вопросом, который, э-э, в моем Ордене никто не сочтет постыдным, но где во всей этой истории отец Киттио?

Отвернувшись, она с горечью ответила:

— На дне морском. – И, вздохнув, продолжила: – Мы были парой в нашей родной деревне. Когда Кави повысили до третьего помощника на его торговом судне, он вернулся за мной, мы поженились и переехали в Тасалон, поближе к его работе. В следующем году родился Киттио. Моя жизнь была суматошной, но счастливой. Пока не пропал корабль Кави. Наверное, его потопил шторм, потому что судно не обнаружилось у пиратов и не нашлось ни товаров, ни людей, которые были на борту. Иногда кто-то остается в живых, беглый раб или даже пират, и рассказывает, что судно захватили. В конечном итоге.

— Я об этом слышал. Три года…

— Достаточно долгий срок для этого, – сказала Аликстра. – Моя надежда давно умерла.

— Так… Метани давал тебе другие цели после Рагата и до Аделиса?

Она покачала головой.

— Но генерал должен был стать моим первым самостоятельным заданием за пределами Тасалона. Они хвалили меня, и я решила, что они начали мне доверять. Они называли меня солдатом Седонии, и я этим гордилась. Им не нужно было прибегать к угрозам… – Ее горло снова спазматически сжалось. Она делала это с собой сама, без всяких шаманских гейсов. Что, кстати, могло быть способом не дать попавшемуся шпиону заговорить. В своем следующем письме шаману Инглису Пен мог спросить…

Сосредоточься, Пен. Благодаря этой прижизненной аутопсии ты добрался прямо до ее сердца. У нас почти получилось.

Он произнес как можно мягче, словно уговаривал Рину лечь спать:

— Чем они угрожали? Чем-то жестоким?

Она вновь сжалась в комок и уткнулась в свои колени. Но все же заговорила:

— Если я потерплю неудачу. Или попытаюсь сбежать. Киттио оскопят и продадут в рабство.

Кастрируют. Превратят в евнуха. Некоторые аристократы сами выбирали такой путь, чтобы добиться доверенного положения в имперской бюрократии благодаря тому, что никогда не поставят своих детей выше преданности императору. Или семьи делали такой выбор за них, чтобы оказать услугу другим родственникам, и все по сути сводилось к тому же. Сам Метани был таким человеком. Пену довелось встретить и другого подобного. Простолюдинов не ждало столь щедрое вознаграждение. Рабы, особенно красивые мальчики… Пен мог легко додумать остальное. Как и Аликстра.