Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 61 – Александра Косталь

Он заявил:

— Не с того вы начали в Кугу Вуд. А нарушители порядка караются очень серьёзно.

— Вы даже не по нашу душу пришли, – напомнил Арсений, горделиво задирая подбородок, хотя и так был почти на голову выше.

— Пужымо! – выплюнула в их сторону старуха, стоящая по правое плечо старика.

Тот показал ей кулак, и она мгновенно стихла, натянув платок пониже на лоб.

— По вашу как раз, – скрипучим голосом продолжил старик, шмыгая носом от холодеющего с каждой минутой воздуха. Его рыбьи глаза ещё сильнее заволокло туманом. – Это ведь она вас приютила, курва-овда. Даже в дом к Сернурцеву пустила. А в этот дом с грязной кровью не ходят, пужымо. Иначе…

Договорить он не успел: небосвод озарила вспышка, заставив всех обернуться к холму, где начинался лес. Черноту ночи разрезал тонкий сверкающий серебром столб, уходя так высоко, что вскоре вовсе терялся в толще атмосферы. Он горел так, что затмевал собой луну.

— Ещё инопланетян нам не хватало, – вздохнул Ваня и мгновенно получил от Оли локтем в бок за несдержанность.

Арсений знал, что друг пытался разрядить обстановку, но едва ли это было возможно в момент, когда на них направили вилы за «грязную кровь».

Ни они с сестрой, ни, насколько было известно, Назар к марийцам не относились. Но почему и Ваню с Олей обвиняли в грязной крови, если они имели корни в этих местах?

— Юмын Ӱдыр вновь взялась за прялку мироздания! – провозгласил дед и мгновенно севшим голосом сдавленно произнёс: – И она не любит, когда ей мешают.

— Да что ты с ними разговариваешь, чимвлак^[12] и есть чимвлак! – взорвался стоящий совсем рядом высокий парень.

Он был довольно молод для этой безумной толпы и этого места в целом и имел явные отклонения: говорил, перетягивая челюсть в одну сторону, будто сведённую судорогой, и сам был перекошен вправо. Однако местные боги силой его не обделили, поэтому гипотетические психические отклонения точно были не его проблемой.

— Ончыко!^[13] – заорал криворотый и первым бросился на Арсения, хватая его за пальто на груди.

Огонь проплыл на критическом расстоянии от лица, и хотя Арсений пытался оттолкнуть деревенского дурака, тот вцепился так крепко, что затрещала ткань.

Или не ткань?..

Парень завопил, отпрыгивая, и отбросил факел, так что тот угодил прямо под ноги Арсению. Мгновение, и жёлтая трава вспыхнула, будто высушивалась в зной не один день, хотя повсюду было мокро и влажность воздуха зашкаливала от проливных дождей.

Арсений бросился в сторону, таща за собой Снежану, но пламя мгновенно пресекло любые попытки к бегству, плотно окружив ребят. На удивление, огненный круг не расширялся и не смыкался, огородив их от сумасшедших местных, словно защитным барьером.

Почувствовав чужой взгляд в спину, Арсений обернулся и увидел свет в единственном окне напротив. Соседка стояла у самого стекла, сжимая горящую свечу, и улыбалась. От её улыбки за шиворот полезли мурашки настоящего ужаса, несравнимого с тем, что вызывали местные сектанты. Заметив, что за ней наблюдают, женщина затушила свечу пальцами, оставляя в окне полную темноту.

Арсений впал в некое подобие транса, из которого Снежане пришлось вырывать его насильно: она чуть не сломала ему руку, дёргая с такой силой, какой в ней никогда не было. Секундой позднее он и сам увидел, как согнулся пополам тот криворотый, прижимая к груди руку, которая на глазах покрывалась огромными волдырями. Именно ею он и схватился за пальто Арсения.