Книга Железный характер Кристианы Морли, страница 105 – Елизавета Соболянская

— Держитесь, Кристиана, и не бойтесь упасть. Если это случится, я вас вытащу.

Я с сомнением посмотрела на весла — толщина каждого не превышала пяти сантиметров! Мне нужно пройти по ним в мокрых туфельках с кожаной подошвой, в мокрых юбках и… с ногой, которая может в любой момент подвести!

Да, барышни уже вспорхнули бабочками на бережок и теперь жались к своим кавалерам, наблюдая за мной, а меня внезапно накрыло страхом. Молодое тело выбросило порцию адреналина, с которой я не могла справиться — руки дрожали, ноги подкашивались, дыхание вдруг стало хриплым и прерывистым…

— Кристиана, смотрите на меня! — голос Неклюдова вдруг приобрел глубину и вибрацию.

Я засмотрелась в его темные глаза и, повинуясь его призыву, шагнула вперед — ровно, спокойно, не замечая воды, тяжести юбок и даже скользкого мокрого дерева под ногами.

Горячие руки схватили мои, притянули ближе, потом пара шагов по просмоленному днищу лодки, прыжок — и все! Силы меня оставили. Я осела на траву, как неудачное пирожное-безе — широкая шляпка в ворохе юбок.

— Мадемуазель Морли, — строго окликнула меня госпожа де Анкоро, — не смейте раскисать! Нужно вернуться во дворец и прислать сюда людей. Кувшинки в этой заводи отменные!

Я чуть не рассмеялась в лицо этой сухопарой даме. Впрочем, ее строгий тон подействовал на юное тело — мелкая дрожь унялась, и я сумела встать, опираясь на руку Неклюдова. Бобринский с поклоном вернул мне трость, остальные барышни окружили плотным кольцом, и такой немного хаотичной стайкой мы начали подниматься наверх, к тропинке.

Уже сверху я глянула в реку и вздрогнула — камень, на который налетела лодка, действительно напоминал быка, только рядом с ним вода не была спокойной и ровной, как в тот момент, когда мы плыли по безмятежному зеркалу тихой реки. Там недовольно бурлил темный бурун, словно кто-то бродил вокруг и недовольно бурчал.

Мы вернулись во дворец, переоделись, госпожа де Анкоро отправила людей за сломанной лодкой и велела сделать там отметку, что цветы хороши.

Две другие лодки вернулись без приключений — разве что кавалеры перегрелись, а барышни первым делом чуть не с визгом кинулись в уборную.

Перед обедом ко мне подошли все офицеры, которые находились в нашей лодке, и с той или иной степенью смущения выразили свою благодарность за то, что вывела девиц на камень. Конечно, все мужчины умели плавать, но паника барышень могла утопить всех.

Я вежливо отказалась от похвал, а вот Неклюдов, стоящий, как всегда, немного сзади, что-то этим офицерам этакое семафорил, отчего они щелкали каблуками и удалялись моментально.

Обед, снова приглашения и оформление, потом ужин, перевязка и сон.

Утром нас настигли сразу две новости — во-первых, возвращается великая княгиня, отчего весь дворец бегает, как наскипидаренный, оттирая, расставляя и передвигая все на свете. Во-вторых — все офицеры отправляются “на воды” под присмотром одного из докторов.

Таких потерянных лиц у барышень я давно не видела. Они ходили как в воду опущенные и тихо плакали в уголках, пряча покрасневшие глаза тем, что склонялись над книгами или рукоделием, абсолютно ничего не видя.

Мужчины держались бодрее, но было заметно, что они тоже находятся в некотором недоумении — очевидно, отправки “на воды” никто из них не ожидал.