Книга Выше только стрижи, страница 26 – Елена Лабрус

Честное слово, он бы не удивился, узнав, что это она устроила Тиму перелом. Было что-то почти мистическое в том, как обстоятельства порой складывались в её пользу. Впрочем, того, чтобы Анфиса задержалась, он и сам хотел не меньше. Конечно, не такой ценой. Но, чёрт побери, да.

Эта мысль преследовала его даже во сне. В тумане тех недолгих двух часов, когда он то ли спал, то ли грезил, Андрей видел яркий, почти реальный образ: аэропорт, гул объявлений, и он, не отпускающий её руку. И до сих пор пребывал в странном состоянии раздвоенности. Одна его часть, рациональная и холодная, помнила, что Анфиса — невеста Тима. А другая, упрямая и иррациональная, твердила, что Тимофей в этой истории — третий лишний.

Андрей, конечно, не был наивным юнцом. Он держал в уме вариант, что она может оказаться не той, за кого себя выдаёт, а банальной хищницей в поисках спонсора. И ни на секунду не забывал о договоре с бабушкой.

Её «хитрый» план был почти идеален, хоть Андрей понял это не сразу. Он убивал всех зайцев одним выстрелом. Во-первых, Андрей побогаче, а значит, «спонсор» из него вышел бы куда более привлекательный — прояви он чуть больше настойчивости, и «хищница» клюнет. Во-вторых, измена выведет её из игры. Конечно, Тиму будет больно, и он его не простит, но будет спасён. В-третьих, Андрей банально получит то, на чём зациклился. И, возможно, разочаруется, как с ним обычно и случалось: съеденная конфета — это уже просто пустой фантик, а не желанный приз. С какой стороны ни посмотри — сплошные плюсы.

Только было одно «но», которое рушило всю эту стройную конструкцию.

Что, если она НЕ золотоискательница, а просто хорошая, искренняя девчонка?

Что, если действительно любит Тима, а Тим — её?

Это «но» связывало Андрея по рукам и ногам, превращая циничный план в подлость.

Впрочем, он зря забивал себе голову. Если она любит Тима, то просто пошлёт Андрея на хрен — за ней не заржавеет. И никаких «если», «вроде» и «но». Он отправится в пешее эротическое путешествие быстрее, чем наконец сварится этот кофе.

Он как раз переливал крепкий ароматный напиток в походные стаканы, когда услышал её лёгкие, осторожные шаги.

— Доброе утро, — сказал он не оборачиваясь, когда Анфиса появилась в дверях кухни. — Ты как раз вовремя. Рассвет через семнадцать минут. Но кофе придётся пить на ходу.

Он протянул ей стакан.

— О, спасибо! — Она обхватила его двумя руками, словно драгоценный кубок. — Ты со мной?

В её вопросе было столько искренней надежды, что удивление отошло на второй план. А его изнутри словно погладили кроличьим хвостиком — таким тёплым, пушистым и приятным оказалось это ощущение. Он мог, конечно, съязвить: «А как же вы? Как же Андрей Викторович?» — эту официальную формулировку она практиковала весь вчерашний вечер. Но сейчас, с растрёпанными после сна волосами, в бесформенной кофте и нелепых тапочках, она выглядела такой ранимой и беззащитной, что у него перехватило дыхание и язык просто не повернулся.

— Да, — ответил он коротко и кивнул на пушистые помпоны на её ногах. — Ты пойдёшь в этом?

— А что, на развалины в тапках не пускают? — пошевелила она пальцами в мягком ворсе.

— Идти далеко. Они удобные?

— Смотря с чем сравнивать. Если с теми лодочками, что стёрли мне пятки до крови, или туфлями под платье, которые больше похожи на пыточные колодки, чем на обувь, то да, очень. Но кроссовки я, увы, взять не догадалась.