Книга Выше только стрижи, страница 28 – Елена Лабрус

— Кстати, хотел спросить. У тебя случайно ничего не пропало?

Конечно, это прозвучало совсем некстати, но Андрей не мог не спросить.

— В каком смысле? — повернулась к нему Анфиса.

— В самом прямом. Охрана вчера доложила, что со стены в гостиной исчезла картина.

— Ценная? — её брови поползли вверх.

— Не особо, в плане стоимости. Хотя Тим, наверное, со мной бы поспорил. Она мне дорога как его подарок, а не как работа художника, имени которого я, к своему стыду, не запомнил.

— Адлер. Его зовут Адлер, — сказала Анфиса. Она была в курсе, и это говорило о многом: не только о том, что она осведомлена о делах Тимофея, но и искренне участвует в его жизни. — Её украли?

— Я не знаю, — пожал плечами Андрей. — В доме нет камер, только по периметру. Помимо картины, с каминной полки исчез серебряный кубок, а в библиотеке вытряхнули содержимое старинной шкатулки. Или её просто уронили. Шкатулка валялась на полу, как и всё, что в ней хранилось, — всякая ерунда. Я не стал поднимать панику, вызывать полицию, устраивать допрос и вообще волновать гостей — это всё же был бабушкин юбилей, а всё ценное хранится в сейфе, но, возможно, пропало и что-то ещё, чего я не заметил или не знаю.

— Но ты же не думаешь, что это кто-то из гостей? — спросила она с лёгким вызовом.

— Нет, тебя я не подозреваю. Думаю, это наша «чемоданная воровка».

— Кто?!

— Так окрестили её в СМИ. Девушка проникает в дом во время вечеринок, берёт хозяйский чемодан, складывает в него всё ценное, что подвернётся под руку, и уходит. В нашем посёлке это уже третий, то есть, выходит, четвёртый случай. Свидетель одной из предыдущих краж видел, как она выходила из особняка, — высокая девушка с чемоданом, а хозяева узнали свой синий «Космолайт».

— Что? — скривилась Анфиса.

— Одна из самых популярных моделей бренда «Самсонайт». Её легко узнать по форме, похожей на морскую ракушку. В общем, чемодан.

— Ого! Чемодан — это уже почерк. Теперь понимаю, почему ты отнёсся ко мне с таким недоверием, — улыбнулась она.

Андрей улыбнулся в ответ и открыл калитку.

— Так будет быстрее, через бабушкин сад, — кивнул он на тропинку.

Приземистый дом в колониальном стиле белел в предрассветных сумерках и пугал массивными кирпичными дымоходами, словно до сих пор отапливался дровами. Они прошли мимо, по саду, где причудливо соседствовали пальмы в кадках и дубы, в тени которых Андрей играл в детстве. И наконец вышли к тому, что после буйной растительности за домом не могло не поразить контрастом.

— Ничего себе! — округлила глаза Анфиса, увидев перед собой воистину марсианскую пустыню,

красные каменные россыпи и острые углы осыпавшихся скал, на которые им предстояло подняться.

К сожалению, порода оказалась слишком слоистой и хрупкой, чтобы использовать её при строительстве, а не возить камень чёрт знает откуда.

Но кто бы Андрею разрешил?

Этот карьер стоял нетронутым со времён постройки первого дома, и все процессы шли здесь только под воздействием ветра, дождя и солнца — никакого вмешательства человека.

Невесту Тима куда больше удивила не узкая тропа, что вела вверх, а валуны, даже в неровном утреннем свете поражающие оттенками — от бордового, почти чёрного, до нежно-яичного на одном камне. И она замерла, когда услышала музыку.