Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 56 – Майя Саммер

За окном темнело.

Я почти решилась, когда в дверь снова постучали.

Стук был тихим, осторожным. Я замерла, прислушалась.

— Госпожа, — раздался голос Греты.  — Госпожа, откройте. Там... там приехали.

Я не двинулась с места. Сердце колотилось где-то в горле.

— Кто? — спросила я хрипло.

— Тётя ваша, — Грета говорила быстро, едва слышно. — Леди Астрид. С людьми. Много людей. Князь Вольдемар вышел встречать. Госпожа, вы слышите?

Я не поверила своим ушам. Замерла на кровати, пытаясь осознать услышанное. Тётя Астрид? Неужели письмо всё-таки дошло? Или она приехала сама, не дожидаясь ответа?

Облегчение хлынуло такой волной, что у меня ослабли руки. Я едва не выронила Лину, прижала её к себе, встала. Подошла к двери, отодвинула засов.

Грета стояла на пороге, бледная, с красными глазами.

— Они во дворе ещё, но скоро зайдут. — прошептала она.

Кивнула, не говоря ни слова. Передала Лину Грете, поправила платье, пригладила волосы. В зеркальце, висевшем на стене, я увидела своё лицо — бледное, измученное, с красными глазами. Плохо. Но лучше, чем ничего.

Я вышла из комнаты и пошла в гостиную.

Мы вошли в гостиную одновременно.

Тётя Астрид высокая, прямая, в тёмно-синем дорожном платье без единой складки. Седая прядь в тёмных волосах, острые скулы, твёрдый подбородок. Глаза — такие же голубые, как у Фреи, только холодные и цепкие. Леди Астрид Рунгерд, вдова, не имеющая детей, глава рода, женщина, которую боялись даже при дворе.

Она посмотрела на меня, и её взгляд скользнул по моему лицу, по моему платью, по моим рукам. Тётя ничего не сказала. Только нахмурилась чуть заметно.

Вольдемар стоял у окна. Он был спокоен, вежлив, даже учтив. На его щеке красовался пластырь, скрывающий царапины от кота, но он улыбался той самой красивой, лживой улыбкой. Эммили нигде не было видно.

— Фрея, — сказал Вольдемар мягко. — Твоя тётя решила навестить нас. Я так рад, что вы наконец помирились.

Он говорил так, будто между нами ничего не случилось. Будто он не ломился в мою дверь с угрозами несколько часов назад. И не угрожал.

Я не ответила. Подошла к тёте, поклонилась, поцеловала её в щёку. Она пахла лавандой и воском — чужим, незнакомым запахом.

— Здравствуйте, тётя, — сказала я. Голос не дрогнул.

— Здравствуй, Фрея, — ответила она ровно. — Присядь. Расскажи, как ты живёшь.

— Прошу вас за стол. Вы наверно проголодались с дороги. – вежливо вмешался муж.

Ужин прошёл в относительном спокойствии.

Мы сидели за столом — я, тётя Астрид и Вольдемар. Грета подавала блюда, Митька помогал. Кот крутился под столом, выпрашивая кусочки, а Лина была в нашей комнате, с одной из служанок тёти.

Вольдемар вёл себя безупречно. Расспрашивал тётю о здоровье, о делах в столице, о политике. Шутил, улыбался, наливал вино. Я почти не ела, только ковыряла вилкой в тарелке и чувствовала, как тётя Астрид иногда бросает на меня быстрые, изучающие взгляды.

После ужина Вольдемар поднялся.

— Прошу прощения, леди Астрид, — сказал он учтиво. — Время позднее, я устал. Позвольте откланяться.

— Конечно, князь, — кивнула тётя. — Спокойной ночи.

Он ушёл. Наверняка пошёл утешать свою любовницу. Я смотрела ему вслед и чувствовала, как напряжение понемногу отпускает.

— Пройдёмся, Фрея, — сказала тётя, поднимаясь из-за стола. — Вечер чудесный. Составишь мне компанию?