Книга Пирожки с вареньем мадам попаданки, страница 53 – Надежда Соколова

Первым делом взялись за крышу. Она держалась, но в двух местах — над кладовой и над дальней комнатой — старая солома прогнила, и в дождь вода сочилась на пол. Гуннар сказал, что латать нет смысла, надо перекрывать заново. Мы сняли старую солому, гнилую и почерневшую, выбросили её, обнажили стропила, проверили каждую балку, заменили те, что подгнили. Бертран и Хельге лазали по крыше, как по земле, и я каждый раз замирала, глядя на них, но они работали уверенно и быстро. Потом настелили новую дранку, поверх неё — солому, плотно, рядами, чтобы не протекало. Работали три дня, и всё это время дом стоял открытый небу, но погода была милостива, дождя не было, и мы успели до того, как тучи снова собрались над холмом.

Вторым делом занялись фундаментом. Камень под восточной стеной выкрошился, кладка рыхлая, и Гуннар сказал, что если не укрепить, дом просядет. Мы копали вдоль стены, вынимали старые камни, клали новые, скрепляли глиной с соломой, утрамбовывали. Работа была тяжёлая, грязная, медленная, но мы делали её все вместе: мужчины носили камни, женщины месили раствор, Тирра подавала воду, Ивар следил, чтобы никто не сорвал спину. За неделю укрепили восточную стену, за ней — северную, потом южную. Дом стал стоять крепче, и я впервые за всё время почувствовала, что он не рухнет.

Колодец чистили втроём — Бертран, Хельге и Свен. Они спускались вниз по верёвке, вычерпывали ил, вынимали гнилые доски, укрепляли сруб. Вода в колодце была холодная, чистая, и когда они закончили, её стало больше, чем раньше. Мы поставили над колодцем новый навес, чтобы не забивался листвой и снегом, и новое ведро на цепи, потому что старое прохудилось.

Печку и дымоход чистили Ивар и Гвен. Они выгребли сажу, прочистили ходы, проверили тягу. После этого печка стала топиться ровнее, дыма в доме не было, и даже тепла стало больше при тех же дровах.

Окна вставили новые в двух комнатах — в той, где мы ели, и в той, где спали женщины. Стёкла привёз Гуннар из Вельдена, рамы сделал Хельге, а вставляли все вместе, осторожно, чтобы не треснуло. Когда работа была закончена, в доме стало светлее, и я поймала себя на том, что смотрю в окно и улыбаюсь, как будто вижу сад впервые.

Пристройку волков чинили в последнюю очередь, но не потому, что она была неважна, а потому, что волки сами не хотели, чтобы о них думали в первую очередь. Они говорили: «Сначала дом. Мы подождём». Мы заделали трещину в стене, перекрыли крышу, утеплили углы. Хельге, Свен и Андерс работали вместе с нами, и когда всё было готово, они стояли и смотрели на свою комнату, и я видела, что они довольны, хотя никто из них не улыбался.

Сарай перебирали долго. Он был старый, кривой, ворота не закрывались, крыша текла. Мы решили не чинить его, а перестроить. Разобрали до основания, выровняли землю, поставили новые столбы, настелили новую крышу, сделали новые ворота. Внутри отгородили стойла для коров, место для кур, место для сена и дров. Работали всем миром, и к концу месяца сарай стоял крепкий, сухой, готовый принять скот.

Забор выправили быстро. Два столба у восточного угла заменили, остальные укрепили. Забор стоял ровно, и я смотрела на него и думала, что это — не просто доски, а граница, которую мы провели и которую больше не отдадим.