Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 175 – Анго Сакагути

Мужа старшей дочери Хирасаку, Нобуко (двадцать девять лет), звали Какудзо (тридцать один год). Он был уличной шпаной, пока Хирасаку не отправил его учиться на адвоката с целью сделать в будущем личным секретарем. Однако после того, как сердце Хирасаку смягчилось и он из демона стал человеком, который устраивает обеды с такэноко, ростовщик отказался от особо жестоких способов наживы, потому адвокат такого покроя стал ему не нужен. Три года назад Какудзо разжаловали и он открыл гадательный салон рядом с Ёсиварой. Тогда же Хирасаку выдал вторую дочь за Ёсифуми, которого и сделал новым секретарем. Кёко с Ёсифуми приходились друг другу двоюродными братом и сестрой, но демона это не смутило.

Второй сын Хирасаку, Исимацу, той же породы, что и изгнанный из дома старший брат, любит выпивку, гулянки с женщинами, махнул рукой на семейное дело и имеет кучу долгов. Яблочко от яблони недалеко падает – едва ли в роду демона могли появиться на свет достойные люди. От роду Исимацу двадцать шесть лет.

Вместе с хозяином дома Хирасаку набирается двенадцать человек. Оставалось еще две порции из тех, что подготавливали в закусочной.

— А монахов на поминальной службе обычно двое?

— О, нет, я такого расточительства не позволяю. Для даров и вкусной трапезы хватит и меня одного.

— Кому же тогда предназначена еще одна порция?

— Покойнице. Во время поминок угощение для нее выставляют перед алтарем, а после его, вероятно, кто-то подъедает. Хотя мне всегда казалось, что гораздо лучше было бы отдать эту порцию мне с собой.

— Значит, еду и закуски съедают на месте?

— Ну, что не доели, раздают гостям. Мне тоже достается. Риса с такэноко хватает, чтобы наесться, а упакованные по коробкам закуски удобнее забрать домой.

Возросла вероятность того, что убитый забрал еду домой и поужинал ею. И версия, что мужчину убили не сразу после обеда, а вечером, выглядела реалистично. Кусуноки приуныл, растеряв былую браваду, но не сдался. Он сказал себе: «С демоном мне точно не сладить – даже соваться не буду. А что насчет его личного секретаря со времен, когда демон особо зверствовал? Говорят, он теперь открыл гадальный салон под названием «Тэнсиндо». Вероятно, тот еще тип, ведь из-за его жестокого нрава демон разжаловал его, когда встал на путь исправления. Этот-то должен знать обо всех злодеяниях ростовщика».

Точно ли все ели закуски только во время обеда? Мысли об этом тревожили, однако шел всего четвертый день личного расследования Кусуноки. Еще шесть с половиной дней оставалось в запасе. Нет нужды спешить. Кусуноки уже определился с линией расследования, но понимал: неожиданно набрасываться с расспросами на всех членов семьи ростовщика будет излишним.

Рассудив таким образом, Кусуноки покинул храм и отправился в район Тадзима в гадальную «Тэнсиндо». Правда, едва ли этого проходимца будет так же легко разговорить, как болтливого монаха.

* * *

С учетом своего возраста Кусуноки решил назваться младшим братом старого приятеля Като. Он рассказал Какудзо, что Като, который отчаянно нуждался в деньгах на развлечения, занял у его брата в сумме больше тысячи иен – даже расписка на руках осталась. Но после Като был отлучен от семьи и пропал из виду. Он спросил, нет ли у Какудзо идей, где теперь его искать. С такими делами Какудзо наверняка работал как гадатель, поэтому Кусуноки в шутку спросил: