Книга Жениться не по плану, или Рыжая, выходи за меня!, страница 5 – Анна Мишина

— Всё хорошо, мам.

— Отец переживает за тебя.

— Давай не будем о нем, — не хочу слышать. За две недели, что я здесь, позвонил один раз, и тот с наездом, какого хера я снова подставляюсь.

— Хорошо. Но ты на него обиды не держи, — снова одно и то же.

— Мам, я всё понял. У меня перевязка, что-то срочное?

— Нет-нет, иди. Заеду к тебе завтра.

— Угу, пока, — и отбиваю звонок.

Федор Иванович тоже на днях был. Но ничем не обрадовал. Отец не даёт добро на увольнение. Поэтому беру отпуск после больничного. И если не сейчас, то после выписки свалю куда подальше. Надо что-то менять в этой жизни.

В палату открывается дверь. При виде генерала мои сокамерники решили свалить.

Я же смотреть на него не хочу.

— Опоздал. Мать тебя опередила.

— Мать волнуется. Я — констатирую. Жив — и ладно.

— Прямо слеза умиления. Не часто ты меня навещаешь. Только если стреляют, — сажусь, опираясь о подушку.

— Я здесь не ради сантиментов. Узнал, что ты подал рапорт.

— Не «подал», а подаю. И да, пока ты там тормозишь согласование.

— Я не торможу. Я отказываю, — не садится на стул. Подходит к окну, спрятав руки в карманы брюк.

— Шикарная прелюдия.

Молчание затягивается.

— Напомнить тебе, как ты вообще оказался в системе? Кто вытаскивал тебя из дерьма, когда ты был на грани отчисления? Когда с разборками, с пьянкой, с бабами чуть не загремел?

— Ты всегда с удовольствием напоминаешь. Только забываешь одну деталь — я не просил. Я бы сам разобрался.

— Сам? Тебя бы списали в утиль. Или посадили. Но ты мой сын — и я сделал, как должен.

— Вот именно. Ты сделал. Ты, — усмехаюсь. — Теперь ты считаешь, что я тебе жизнью обязан?

— Ты обязан. Потому что всё, что у тебя есть — не твоя заслуга. Твоя жизнь — это мой выбор. И ты не выйдешь из системы просто так.

— А я выйду хочешь ты этого или нет. Плевать. Потому что это не жизнь. Это клетка с чужими правилами.

— Ты не понимаешь, в какую грязь лезешь. Без прикрытия, без формы ты — никто.

— Лучше быть «никем», чем твоим должником. И долг свой я отдал сполна. У двери, кстати, есть ручка. Если хочешь — воспользуйся.

Повисает тишина. Отец смотрит несколько секунд на меня играя желваками, разворачивается и уходит, не сказав ни слова.

Откидываю голову на подушку прикрывая глаза. Перевариваю наш разговор и ещё не понимаю, к чему он приведет. Прощай отпуск? Или куда в командировку отправят?

Задремал.

А будит меня вибрация телефона в кармане спортивок.

— Неужели передумал и сжалился? — отвечаю на входящий от Степана.

— Тебе просто капец как повезло, — смеётся.

— Ты уже здесь? — не хочу верить в такую удачу.

— Нет, я дома.

— Тогда какого лешего звонишь? — откидываюсь на подушку разочарованно.

— Но там у тебя Аленка. Тебе повезло, что она с утра умотала на какой-то форум по фермерству. И сделала одолжение мне, готова тебя забрать.

— Да ладно? — встаю со скрипучей кровати и подхожу к окну, которое выходит на больничный двор.

На часах почти семь вечера. Ещё стоят машины на парковке. И среди них я вижу внедорожник бортовой оранжевого цвета.

Недавно только Степан говорил, что сестре поменяли машину.

— Уверен, что она меня заберёт, а не пошлёт сейчас в пешее эротическое? — одолевают сомнения. — Или ещё чего хуже, высадит где нибудь по пути в лесу?

Как-то не заладилось у нас с ней после того раза. Но Стёпа то ничего не знает. Иначе хрен бы подпустил меня к сестре сейчас.