Книга Жениться не по плану, или Рыжая, выходи за меня!, страница 9 – Анна Мишина

— Признаюсь, такой соблазн был.

На улицу выходит Стёпа.

— Добрались наконец. Лель, давай заходи, поужинаем, — зовёт ее.

— Стёпа, — закатывает та глаза, — есть ночью — плохая привычка, — улыбается. — Нет уж, прости, тело привезла, а дальше я к себе. Завтра после обеда выйду, ладно? А вечером, может, к Нине загляну.

Тело? Это она снова в меня ткнула своим острым язычком?

— Не вопрос, — усмехается, переведя на меня взгляд. Мол, чего это она?

На что я лишь пожимаю плечами. Ну давай, детка, подставь меня перед своим братом. Стёпа кивает ей, и девчонка садится за руль, разворачивается, газуя в свою сторону.

Провожаем ее взглядами.

— Ну, привет, опричник, — хлопает по плечу.

— Здорова, — обнимается по-мужски.

В доме тишина, и пахнет уютом. Старею, видимо, раз стал подмечать такие детали. Тут за то время, что Степан женат, стало как-то по-другому. По-домашнему. Это теперь не просто берлога взрослого мужика. Тут теперь семейное гнездо.

Пока Степа возится на кухне, я иду в ванную. Умываюсь, ерошу волосы, которые взлохмаченные, будто я не из больницы, а с боем вырвался из когтистых женских рук. Провожу пальцами по заросшему подбородку.

Да… Видок тот еще. Надо бы привести себя в порядок. Но пока явно не к спеху.

— О, еда, — сажусь за стол, где уже красуется пара тарелок с чем-то очень аппетитным и мясным. — Задрала уже эта больничная похлебка. За две недели уже изучил меню. Единственное, чего ждешь, так это творожной запеканки, как праздник, — усмехаюсь, берясь за вилку.

— Как сам-то? — садится напротив.

— Ничего, — отмахиваюсь.

Налетаю на рагу. Овощи с мясом — идеальное блюдо.

— Черт, язык проглотить можно. Нина?

Хмыкает.

— Ага, взялась за изучение кулинарии. Но это только по настроению.

— Это большой успех, — смеюсь. — Я все еще помню тот борщ.

— О, это ее визитная карточка, — давит лыбу.

По широкой пачке друга понятно, как тот влип в свою женщину. И даже где-то на задворках сознания немного завидно. Но по-хорошему. Я рад, что у него сложилось. Под сорокез и наконец удачно женат. Пусть и второй раз.

— Какие планы? — спрашивает.

— Никаких, — честно признаюсь. — Больничный отсижу, обещали дать отпуск.

— Отец жмет?

Киваю.

— Я уже не знаю, какие доводы ему привести, чтобы отлип от меня. Вцепился клещами, хрен вырвешься. Все старые грехи припоминает.

Вздыхает.

— Ладно. Что-нибудь да придумаем. Пойдем, Нина тебе диван в гостиной постелила. Пока там перекантуешься.

Диван это хорошо. Диван это не скрипучая больничная койка, в которую как в кокон проваливаешься, а потом ни одна мышца тебя не слушается.

Чистое белье, воздух не пропитан медикаментами. Желудок набит вкусной едой. Кайф. Убираю руки под голову, уставляясь в потолок. Как назло сна ни в одном глазу.

Вспоминаю дорогу. Болтовню с рыжей. А прикрыв глаза мозг играет злую шутку, выхватывая кадры из той единственной ночи и утра после. Ее белая кожа, усыпанная веснушками, шикарные бедра и ягодицы сердечком. Черт, опять не туда…

*Алена*

Ночь спала кое-как. Я была совершенно не готова к тому, что он окажется где-то поблизости. Да даже если и на другом конце улицы — всё равно не так. Вот зачем он сюда напросился?

Бесит как! Даже запах его ещё чувствую! Он словно въелся мне в подкорку.

Просыпаюсь ближе к одиннадцати, ощущение — будто меня переехал трактор. Голова гудит, глаза болят. А дел… Дел вагон и маленькая тележка. Хочется всё послать к черту и вернуться в постель, но моё гипертрофированное чувство ответственности, как всегда, против.