Онлайн книга «Сага о Вечных»
|
Поднимая лицо, он увидел, как запоздало вскочил на ноги ярл, как блеснул сакс, сжатый в маленьком, таком хрупком кулаке… Он бы целовал каждый палец, будь у него время. Заваливаясь на бок, Ульв улыбнулся. Ему подумалось, что зря Хролфр клеветал на свою дочь – с оружием она обращалась как настоящая воительница. Первый удар Торстейн отбил собственным саксом. Но Вигдис, которую должно было смести его силой, ловко поднырнула под руку, ударом снизу вверх метя в челюсть. Кулак Торстейна заставил ее отскочить, острое лезвие успело оставить неровный кровавый росчерк на лице конунга. Он взревел, зажимая ладонью глаз. Даже лежа на земле, Ульв сумел рассмотреть тонкие черные ручейки, начинающие сочиться сквозь пальцы. А дочь Хролфра не стала ждать. Ни слез, ни слов, несущим смерть щитомордником она снова неуловимо метнулась вперед, чтобы одним ударом плеча сбить стоящего на обрыве Торстейна. — Вигдис! – В собственном крике Ульв не услышал ничего человеческого – чистый, плавящий душу страх. Торстейн падал молча, слышен был лишь треск ломаемых ветвей. Она упала? Сумела удержаться? Казалось, сейчас он умрет не от потери крови – от животного ужаса. Хрипло выдохнув, Ульв оттолкнулся целой рукой от земли, неуклюже сел, а мир предательски поплыл на другую сторону. Раненая рука его предала – он не чувствовал ничего, кроме вспышек боли. Ну же, какой ты ульфхеднар, какой ты провидец. Каким будет этот мир без нее? Зарычал, подался вперед, становясь на четвереньки. Еще немного – и удастся встать на ноги, удастся помочь ей… Ульв почти справился. Сосредоточенный на новой цели, он шарахнулся в сторону и вновь чуть не упал, когда чужие пальцы потянули его вверх, волоком поднимая на ноги. Через алую пелену он увидел искривленное яростью и страхом лицо Вигдис. — Пойдем, отойдем к деревьям, нужно поторопиться… Не бросай меня, Ульв, не закрывай глаза… И в груди, как всегда рядом с ней бывало, расцвела нежность. Всепоглощающая, хрупкими лепестками лесной анемоны сминающая такую железную, неподъемную боль. — После всего увиденного еще долго не закрою. Боюсь я тебя теперь, дочь Хролфра. Настоящая воительница… Ты… – Слова становились тише, Ульв не нашел в себе сил растянуть губы в ободряющей улыбке. Плохо. К боли он давно привык, сейчас его сбивала с шага не она – слабость. Словно всю тяжесть великого Иггдрасиля свалили на его плечи. Ноги, ставшие мягкими, как овечий жир, не хотели идти. Он почти не чувствовал и их. – Ты сердце мое украла. Я думал, защищать тебя придется, а ты ловчее меня управилась. Ты куда лучший воин, чем… Он запнулся, проглотил последние слова, сминаемые стоном боли, – дойдя до деревьев, Вигдис осторожно опустила его у плотно переплетающихся корней мертвого ясеня. Ульв уже не видел, как ловко дочь Хролфра орудовала саксом, разрезая платье. Первый, грязный, лоскут у ног она сосредоточенно и раздраженно отшвырнула в сторону. Не будь он ранен, прояснись хоть на миг зрение, Ульв возблагодарил бы за увиденное богов: вторая срезанная полоса обнажила колени и длинные ноги. Он не видел, как, тяжело закашлявшись, она злым поворотом лица к плечу стирала алые разводы с подбородка о светлую ткань у фибулы, опускаясь рядом с ним на колени. Ловкие пальцы подцепили и помогли стянуть рубаху. Закусившая губу Вигдис сморгнула подступающие к глазам слезы и молча принялась за работу. |