Книга Вера стада, страница 90 – Джеймс С. А. Кори

Мягкий лотарк оторвал взгляд от символов и посмотрел в глаза Дафиду. При этом он не двинулся с места. Мгновение растянулось самым невозможным образом, но не минуло. Если он не станет отправлять сообщение, то умрет. Если отправит, то умрет. Вся жизнь Дафида свелась к этой секунде колебания.

Его прервал голос прибывшей по вызову Ллиан Андермус:

— Что здесь творится?

Дафид не сводил глаз с мягкого лотарка. Переводящий полуразум все еще был на шее у стража.

— Не подходите, яд. Опасно, – произнес Дафид. Отныне следовало соблюдать осторожность. Осторожно подбирать слова. – Это была ошибка. Недоразумение.

Взгляд мягкого лотарка заметался между ним и Андермус. Длинные пальцы сжались в кулаки и снова разогнулись.

Дафид продолжил:

— Тоннер пришел с докладом, а я его разозлил. Он стал на меня орать. Рак-хунд принял крик за нападение и, защищая меня, бросился на Тоннера. Этот мягкий лотарк хотел его остановить. Они пытались спасти Тоннера – понимаете?

Андермус маячила на краю его поля зрения, словно призрак.

— Ну и каша, – проговорила она. – Фрейсу нужна медпомощь. Может, он…

— Нет. Тоннер мертв, – перебил Дафид. – Это недоразумение. Никто не виноват. Просто нам надо лучше понимать друг друга. Я доступно объяснил?

Пауза затянулась на целую жизнь. Мягкий лотарк причмокнул длинной узкой губой и кашлянул. Полуразум перевел:

— Мы будем лучше понимать друг друга.

Дафида тошнило. Он замер, малейшее движение представлялось ему непосильным. Нельзя было даже шевельнуть запястьем, чтобы стереть светящийся символ, не дав ему уйти в архив.

И все же он его стер. И сделал шаг назад. Мягкий лотарк переступил с ноги на ногу и вытянул шею, будто что-то высматривал. Затем опустился на четвереньки и принялся поедать павшего собрата.

Андермус отшатнулась и закрыла глаза. Тело женщины сотрясалось, точно ее тошнило. Лицо мигом залил пот.

Дафид подошел к ней, взял ее за локоть и повернул к арке. На земле, будто осенние листья, трепетали бумаги – последний доклад Тоннера. Сам Тоннер, лежавший на дорожке, казался спящим.

— Когда закончим, надо будет все подчистить, – сказал Дафид. Не самые подходящие слова, но других он не нашел.

Андермус помрачнела, но снова разлепила веки. Теперь она выглядела холодной и деловитой.

— Я этим займусь, – сказала она и утерла ладонью потное лицо. После чего приняла такой вид, будто увиденное ничуть ее не растревожило. Дафид задумался о том, что она видела и пережила, прежде чем попала сюда.

Уходя, он чувствовал себя марионеткой на ниточках. Вынести ногу, прочно упереть ее в землю. Надо было обдумать. Какую-то коренную перемену (ах да, Тоннер мертв), только он не мог вспомнить, какую именно. И все же он сохранял спокойствие. Не орал, не визжал. Не дрожал. Выглядел со стороны абсолютно нормально. Он добрался до своей комнаты. Открыл дверь.

— Их родина – не здесь, – говорил Джеллит. – Они пришли сюда шесть… может, семь тысяч лет назад. Теперь здесь центр всего, но поначалу… – Он повернулся к Дафиду. – Дафид? Что стряслось?

— Тоннер погиб, – сказал Дафид. Слова, выстроившиеся в очередь, стали вылетать из него. – Тоннер погиб. Тоннер погиб. Тоннер… гм.

Дальше должно было последовать «Как?», и Дафид ответил бы: «Он открыл тайну мягких лотарков, а когда заговорил о ней, они его убили. А мне удалось сообщить им, что я их не выдам. Поэтому я жив».