Книга Вера стада, страница 88 – Джеймс С. А. Кори

Через несколько секунд Алькор, вынырнув из моря неведомо каких мыслей, снова заметил окружающую действительность.

— Тоннер? Рад вас видеть. Это так тяжело – не видеть тех, кто знаком по прежним временам.

Он произнес это почти жалобно, и Тоннера укололо что-то похожее на стыд. Чтобы не выдать себя, он отмахнулся:

— У вас есть Джеллит.

— Вроде того, – сказал Алькор. – Ладно. Как дела?

Тоннер принялся зачитывать доклад, подав предпоследние результаты как высшее научное достижение. Признаться в том, что свежие данные попросту не сумели разыскать, было бы совсем неловко. В глубине души Тоннер ожидал, что Алькор закатит глаза или выразит недовольство топтанием на месте. Но тот слушал рассеянно, будто думал о делах поважнее. Это было еще хуже. Тоннер поймал себя на том, что преувеличивает значение небольшого повышения урожайности псевдотравы.

Когда он закончил, Алькор кивнул и остался сидеть с неопределенным выражением на лице. Тоннер положил следующий доклад на верх пачки и протянул ему.

— Еще кое-что, – с улыбкой пояснил он. – Побочный проект, я работал над ним в свободное время.

Алькор взглянул и нахмурился. Было видно, что он впервые с начала встречи попытался сосредоточиться.

— Что… – начал Алькор, запнулся и перевернул страницу. – Что это?

Тоннер расправил плечи. Теперь, добившись внимания Алькора, он мог не спешить с ударной репликой. Сколько раз Дафид заставлял его попотеть – вот ему за это!

— Мы ведь говорили о конвергенции, так? Организмы, подвергающиеся одинаковому давлению со стороны окружающей среды, приходят к одинаковым эволюционным решениям, даже если до того развивались совершенно по-разному. На Анджиине трудно было отличить рыбу с ДНК от рыбы с программой быстрого реагирования. Древообразование сделало аккехи и дубы практически неотличимыми друг от друга. Для всякого, кто тянется к свету, набор стратегий не так уж велик. Рано или поздно все приходит приблизительно к одной и той же форме, так?

— Так, – не без раздражения отозвался Дафид. Еще бы: Тоннер разговаривал с ним как с ребенком. И не собирался останавливаться.

— И вот мы оказались в некоей среде, да? Вы, я, людская доля. Но есть и другие доли. И все мы под одним каблуком. Все мы лезем из кожи, чтобы заполучить место рядом с карриксами. Бывает, мы сходим с дистанции, как пьющие ночью. Но в тюрьме всегда чего-нибудь недостает. Например, возможности поговорить с хозяином или быть услышанным другими видами. И подходящих стратегий не так уж много.

— Похоже на плазмиды, – сказал Дафид, протягивая ему распечатку. Плазмиды – мелкие звенья ДНК, которыми бактерии обмениваются, как игральными картами. Довольно точное сравнение.

— Да, похожи, но масштаб другой. Бран заметил, что наши дружки, – Тоннер кивнул на мягких лотарков, – грызут друг друга в знак приветствия. Он принял это за социальный груминг, но Джеллит еще до того рассказывал, что они поедают своих мертвых. Ну вот, я стал разбираться и нашел вот это. Крошечные кусочки уплотненной информации перелетают от одного к другому, как ноты в концертном зале. Не подслушаешь, не перехватишь. Чтобы расшифровать такое сообщение, нужно быть лотарком. У наших дружков имеется целый канал общения, который…

— Тоннер!

Имя прозвучало, как глухой стук, негромкий, низкий и проникновенный. Тоннер, неизвестно как, оказался на четвереньках. Боль была такой острой, что он не мог понять, в каком месте она сосредоточена. Просто боль, и все. Он попробовал встать, но над ним уже нависли те два мягких лотарка. Когда они успели?