Книга Вера стада, страница 11 – Джеймс С. А. Кори

Этот проход всю дорогу стоял закрытым. Теперь он открылся, и Джессин осторожно вошла в него. Свет в конце прохода отличался от искусственного освещения на борту. Что-то вроде солнечных лучей под вечер. Ее кожу тронул свежий ветерок, и сердце… то ли замерло, то ли забилось вдвое быстрее. Она ускорила шаг.

Четыре корабля карриксов стояли на земле, образуя неправильный полукруг. Это были не те огромные корабли-города, что явились покорять Анджиин, а другие: высотой всего в дюжину этажей, бронзовые с черным. От них к голой светлой земле тянулись выдвижные пандусы. Щурясь от света, Джессин спустилась по своему трапу. Две-три сотни существ десятка разных видов суетились на импровизированном дворе-полукруге; некоторые походили на людей. Посередине стояли два здоровенных каррикса в бледно-зеленых панцирях. У Джессин заслезились глаза – но не от избытка чувств. Просто свет был слишком ярким.

Солнце здесь было больше и белее анджиинского. Небо от избытка кислорода приобрело голубой, как у яйца малиновки, цвет. Белые облака отливали розово-золотым оттенком раннего заката. Сверху их подсвечивало что-то яркое. Аромат свежей травы и мяты опьянил Джессин, свыкшуюся с металлическим запахом корабля. Респираторов не раздавали, и она решила, что здешняя атмосфера не смертельна для людей. От нескольких глубоких вдохов голова пошла кругом.

Дойдя до конца трапа, Джессин подняла голову, устремив взгляд к опускавшемуся на площадку пятому кораблю. Она ожидала увидеть пламя и услышать рев двигателей, но корабль прожужжал, как тысяча растревоженных ульев, коснулся земли и погас, выпустив вместе со сходнями только волну тумана.

Не зная, куда идти и что делать, Джессин стояла в ожидании указаний и раскрытым ртом ловила свежий воздух. Сквозь траву и мяту пробивался петрикор – запах близкого дождя. Этот запах перенес ее в анджиинское детство и едва не довел до счастливых слез. Поодаль от скопления кораблей росла черно-зеленая рощица. Аналоги растений, решила она. Цвет подходил для фотосинтетических форм жизни. Дальше было что-то вроде остатков строений или скелетов инопланетных гигантов.

Чем бы они ни были теперь или раньше, в них проглядывала своеобразная красота.

Кто-то нетерпеливо затеребил ее. Синен – с их корабля, а может, и другой – уже несколько секунд добивался ее внимания.

— Тебе туда, – не в первый раз повторил он, указывая квазищупальцем на пандус дальнего корабля. – Тебе надо теперь к ним. Иди. Иди иди иди.

Джессин крепче сжала свой рюкзачок и послушно заспешила через двор. Около дюжины инопланетян сбились в плотную группу. Эуруки и «настоящие люди», а еще длинноклювое существо – птица птицей, только без перьев и крыльев, – и продолговатое создание в серой раковине, ростом с диван и с сотнями крошечных ножек, похожих на оборку юбки.

А на краю группы – человек.

Джессин не знала его, но очень хотела, чтобы он был ей знаком, и мозг безостановочно подбрасывал имена. Почти что Лоррин Хант, вместе с которым она проходила курс введения в математические системы. Почти что Карвин Мур из газетных заголовков ее детства. Незнакомый, он был человеком, и уже поэтому казался родным.

Ростом немного меньше Джеллита, на голове – густые темные кудри, припорошенная сединой борода. Кожа тепло-золотистого цвета, светлее, чем у нее. Он плакал, глядя вверх. Джессин проследила за его взглядом, но увидела только облака в небе.