Книга Чёрный ратник 5, страница 25 – Макс Гато

— Документы, — приказным тоном выпалил всадник.

— Нету, — развёл руками я. — Сгорели вместе с караваном. Если нужны бумаги, то нам идти за ними и некуда. Разве что в Кривичи.

Один из всадников позади командира наклонился к соседу и негромко сказал что-то, из чего я разобрал только «…такие же, как те двое вчера». Значит, мы были не первыми бродягами, которых они встречали на западном склоне. Хороший знак. Ещё одна группа бездокументных людей, идущих на запад, была не событием, а рутиной.

Командир всадников тем временем внимательно рассматривал Ивана. Белобрысый стоял спокойно, топор у ноги, плечо чуть ниже, чем следовало, и лицо, которое даже в состоянии полного покоя выглядело так, будто он собирался кого-то ударить. Это было просто лицо Ивана, но незнакомые люди могли неправильно понять его намерения.

— Крепкий, — уважительно заметил командир. — Откуда родом?

— Сам пришёл, — ответил вместо Ивана я. — Ест за двоих, но зато работает за троих.

Иван даже бровью не повёл. Он стоял и смотрел в пространство перед собой с выражением, которое можно было трактовать и как равнодушие, и как терпеливое ожидание момента, когда разрешат кого-нибудь зарубить. Оба варианта прекрасно работали для образа наёмника.

Командир всадников только усмехнулся.

— Если решишь сменить нанимателя, — обратился он к Ивану, доставая из-за пазухи монету, — то найди отряд у Красного брода. Мы будем там ещё пару недель.

Он бросил монету Ивану, и он ловко поймал её. А затем неопределённо повёл плечом.

Командир всадников перевёл взгляд на Ярославу. Рыжие волосы, перевязанное запястье, меч на поясе. За ней стоял Зарецкий, но в тени Ярославы и с поднятым воротником он был виден плохо, только силуэт сгорбленного человека, которому явно нездоровится.

— Что со стариком позади? — спросил всадник, кивнув в сторону Зарецкого.

— Ранен, — ответила Ярослава раньше, чем кто-либо успел открыть рот. — Ещё на восточной стороне. Несём его до ближайшего лекаря.

Её голос звучал устало, раздражённо и совершенно естественно для человека, который тащил раненого товарища через горы и был сыт этим по горло. Командир посмотрел на неё, на Зарецкого за её спиной, и, видимо, решил, что больной мужик в старом плаще не стоил особого внимания.

— Ладно, — произнёс он и повернулся обратно ко мне. — Куда направляетесь?

— В Кривичи, к Маркелову, — отозвался я. — Будем брать новую работу… если в шею не погонит.

— Работёнки у нас убавилось, — усмехнулся один из всадников позади командира. — Цесаревич недавно получил по заслугам у переправы, имперцы бегут поджав хвост.

Несколько всадников негромко засмеялись. Я тоже улыбнулся для приличия. Сам же просто-напросто запомнил информацию. Имперцы, значит, проиграли, и достаточно серьёзно, чтобы об этом говорили в конном строю.

— Ну, если так, — безразлично отозвался я, — значит, на запад идти нам не стоит. Где побеждают, там платят лучше.

Командир смотрел на меня ещё несколько мгновений. Он взвешивал, стоим ли мы его времени. Пять человек пешком, без лошадей, без документов, один раненый, остальные потрёпанные. Не имперский патруль, не орденские ратники, не разведка. Просто наёмники, которых выплюнули горы, и которые ищут следующий контракт. Таких в военное время было много, и тратить время кавалерийского разъезда на их допрос не имело смысла.