Книга Чёрный ратник 5, страница 27 – Макс Гато

Лошадей нам дали через несколько часов, а не через один. Четыре кобылы и мерин, все лошади не боевые, но на ногах стояли крепко. Мы расселись по сёдлам и направились к Ярмуту. Нас вызвались сопровождать двое конных ополченцев из лагеря неподалёку.

До Ярмута мы добирались весь остаток дня. Окружение за время нашего отсутствия заметно изменилось. Стало больше движения на дорогах, телеги со снаряжением и припасами едва разъезжались между собой, а на перекрёстках возникло больше укреплений. Ярмут явно готовился к чему-то большому, я это ощущал задолго до того, как на горизонте появились стены города. Мы проехали через несколько деревень, и они были заполнены солдатами и обозниками, дым от полевых кухонь поднимался над округой как низкие грозовые тучи.

Сам Ярмут выглядел иначе. Город, который при нашем отъезде ощущался как осадный, теперь превратился в перевалочную базу. Стены всё так же возвышались в небо, ворота работали, но внутри было заметно больше людей, больше оружия и больше нервозности. Именно она отличала город, готовящийся к новому сражению. И явно не внутри стен.

Мы въехали через южные ворота, и стража пропустила нас по орденскому знаку, задав несколько вопросов. Один из стражников на посту узнал моё лицо, так что долгое время возиться не пришлось. И вскоре мы оказались внутри Цитадели.

— Все по местам, — негромко скомандовал я, спешиваясь у казарм Ордена. — Иван, к Пантелеймону, покажи плечо. Без возражений.

— Есть, — буркнул Иван.

Он явно не был особенно рад вновь оказаться у лекаря.

— Соловьёв, с тебя стрелы и снаряжение, — продолжил говорить я. — Возьми что нужно на складе, скажи, что я распорядился.

— Понял.

— Ярослава… — я взглянул на её осунувшееся лицо и спутанные рыжие волосы, — отдыхай.

Она вздохнула, кивнула, развернулась и пошла к казармам. Отсутствие возражений отчётливо говорило о степени её усталости.

— Зарецкий, — я повернулся к магу. — Тебя тоже к Пантелеймону. Скажи ему, что дефицит маны, он поймёт.

— Мне не нужен лазарет, — попытался несмело возразить Зарецкий.

— Нужен, — отрезал я. — Не усложняй.

Зарецкий вздохнул, вторя этим Ярославе, и молча поковылял к лазарету. Остальные тоже разошлись по своим делам.

Документы из лаборатории остались при мне. И я, прежде чем докладывать о прибытии, направился к небольшому складу.

Агата, как обычно, работала у себя в лаборатории. Бывший склад, переоборудованный в рабочее пространство, с рунным столом, полками, заставленными склянками и свитками, и запахом, который был наполовину алхимическим, наполовину травяным. Агата сидела за столом и что-то помешивала в глиняном горшке, когда я вошёл

Она сразу же подняла голову.

— Ты вернулся, — произнесла она спокойно.

— Вернулся, — подтвердил я.

Я положил стопку потрёпанных документов на свободный край стола и сел на табурет напротив.

— Мне нужны копии. Всего, что здесь есть. И, желательно, успеть до утра.

Агата посмотрела на стопку, прикинула объём и подняла на меня внимательные серые глаза.

— Это часов восемь работы, — подсчитала она. — Может, десять, если внутри есть диаграммы и детали, связанные с магией.

— Есть, — отозвался я.

Мои слова на решительность Агаты никак не повлияли.

— Мне понадобятся лампы, чернила, бумага, — начала перечислять она, поднимаясь со стула, — и чтобы мне никто не мешал.