Книга Чёрный ратник 5, страница 22 – Макс Гато

Три стрелы на одну тварь. Дорого.

Две другие выскочили из-за камней одновременно. Крупнее обычного волка, с удлинёнными передними лапами и чёрными бусинами глаз. Они двигались быстро и почти не рычали.

Первый волк бросился на меня. Я шагнул навстречу, опустился под его прыжок и ударил клинком снизу вверх, вспарывая брюхо от груди до задних лап. Новый меч держался хорошо, сталь, напитанная аурой, вошла глубоко. Тварь приземлилась за моей спиной с раскрытой раной и попыталась развернуться, но лапы заскользили на мокром от собственной крови камне. Я добил её вторым ударом, клинок нашёл хребет между лопатками.

Ярослава приняла второго волка. Красная аура вспыхнула на её клинке, она встретила тварь боковым ударом, целясь в переднюю лапу. Попала. Лапа подломилась, зверь завалился на бок, и Ярослава обрушила клинок на толстую шею. С одной рабочей рукой удар вышел не такой чистый, как обычно, лезвие прорубило мышцы и застряло в кости. Рыжая выдернула меч рывком и ударила снова. На этот раз голова покатилась по склону.

Четвёртая тварь обошла бой.

Она появилась сзади, из-за поворота тропы, за спиной Ивана, и пронеслась мимо него так быстро, что топор рассёк только воздух. Изменённый волк с силой оттолкнулся задними лапами и метнулся вперёд. Длинные когти летели прямо в горло Зарецкого.

Маг резко взмахнул руками перед собой, воздух дрогнул, тварь отклонилась и вместо лица Зарецкого врезалась в каменный склон прямо рядом с ним. Камень треснул, и в этот момент я использовал тёмный шаг. Импульс перенёс меня на несколько шагов вперёд, моё лезвие с чавканьем вошло прямо в основание черепа волка. Монстр дёрнулся в последний раз и обмяк.

Наш короткий бой на тропе затих. Только четыре зверя бездыханными телами лежали вокруг, а вниз медленно сыпалась каменная крошка. Я смог лучше осмотреть зверей: шерсть у них отсутствовала, вместо неё была гладкая, чешуйчатая кожа. Но главное было другое — четверо монстров атаковали не как группа, а каждый по себе. В лаборатории же твари работали слаженно. Значит, без контроля Ковена они откатывались к звериной основе и действовали на инстинктах.

— Все целы? — спросил я.

— Простите, — виновато отозвался Иван, осматривая свой топор. — Тварь быстрая, зараза. Я даже замахнуться не успел.

— Три стрелы на одну, — с неудовольствием произнес Соловьёв, считая оставшийся запас. — Дороговато.

Зарецкий сидел на земле, привалившись к стене, и тяжело дышал. Заклинание дорого обошлось ему, но он был цел.

— Жить буду, — выдавил он, заметив мой взгляд.

— Тогда двигаемся, — скомандовал я. — Если здесь четверо, значит, где-то рядом могут быть ещё.

Мы шли быстрее после боя, несмотря на усталость. Соловьёв вёл, я контролировал округу аурным зрением. Тварей больше не было, но ощущение чужого присутствия в горах не отпускало до самого вечера.

На привале Иван заговорил первым.

— Эти твари, — сказал он, обгладывая кусок сушёного мяса. — Они из той лаборатории, которую мы взорвали?

— Скорее всего сбежали с верхних уровней, — пожал плечами я. — Не из хранилища, оттуда бы не выбрались. Или Ковен решил выпустить их на волю.

Мои слова заставили остальных переглянуться.

— Сколько, — спросил Иван, — их ещё может быть в горах?

— Не знаю, — ответил я. — Десяток, может больше. Те, что не погибли при обрушении и смогли выбраться на поверхность.