Книга Проклятие ледяного принца, страница 51 – Данна Леднива

Война начиналась. Настоящая. Последняя.

Герцог Кроу стоял на холме.

Он смотрел на юг. Туда, где горели огни. Туда, где ждала она. Наследница. Луна.

— Она сняла проклятие, — сказал епископ. — Мальчишка жив.

— Знаю. — Герцог улыбнулся. — Это ничего не меняет. У меня есть армия. У неё — горстка крестьян. Я раздавлю её.

— Она сильна. Она — Луна.

— Луна заходит. — Герцог посмотрел на небо. — И восходит солнце. Моё солнце. Я — новый король. Я — новый бог.

Он повернулся к армии. К людям, которые ждали его приказа. К тем, кто умрёт за него. За его мечту.

— Вперёд! — крикнул он. — Убейте всех! Кроме неё! Она — моя!

Армия двинулась. Тысячи ног. Тысячи мечей. Тысячи смертей.

Герцог смотрел на юг. На огни. На свою судьбу.

— Иду, — прошептал он. — Жди меня, наследница. Жди.

Он засмеялся. И его смех утонул в топоте копыт.

Рассвет пришёл серым и холодным.

Элария стояла на холме над долиной и смотрела, как просыпается её армия. Люди выходили из храма, из палаток, из-под деревьев. Они разводили костры, точили мечи, проверяли луки. Молодые и старые. Мужчины и женщины. Крестьяне и бывшие солдаты. Сто пятьдесят человек. Может, сто шестьдесят. Против шестисот.

Она не боялась. Страх был роскошью, которую она не могла себе позволить.

Туман стелился по земле, цеплялся за ноги, прятал долину в белом молоке. Озеро было чёрным, гладким, как обсидиан. Луна ещё висела в небе — бледная, тающая, прощальная. Скоро её сменит солнце. Солнце герцога. Солнце Церкви. Солнце, которое сожжёт их всех, если они проиграют.

Кассиан подошёл сзади. Она почувствовала его раньше, чем услышала. Тепло. Дыхание. Запах дыма и кожи.

— Не спишь? — спросил он.

— Не могу.

Он встал рядом. Смотрел на долину. На людей. На знамя — белое, с серебряным полумесяцем. Оно трепетало на ветру, как живое.

— Красиво, — сказал он. — Всё это. Даже сейчас.

— Да, — ответила она. — Даже сейчас.

Он взял её за руку. Пальцы — тёплые, сильные. Она сжала их. Крепко.

— Я хочу, чтобы ты знала, — сказал он тихо. — Если сегодня… если что-то случится…

— Не говори так.

— Нет. Слушай. — Он повернул её к себе. Посмотрел в глаза. — Я любил тебя с того дня, когда ты бросила мне вызов на балу. Ты сказала: «Я предпочитаю строить свои планы». И я понял, что пропал. Ты была единственной, кто не боялся меня. Единственной, кто видел во мне человека. Не принца. Не проклятого. Просто человека.

— Кассиан…

— Я хочу, чтобы ты знала. Если я умру сегодня — я умру счастливым. Потому что я знал тебя. Потому что я любил тебя. Потому что ты любила меня.

Элария смотрела на него. На его лицо. На его глаза. На мужчину, который был её проклятием и её спасением. Её врагом и её любовью. Её прошлым и её будущим.

— Ты не умрёшь, — сказала она. — Слышишь? Я не позволю.

— Ты не бог.

— Нет. — Она коснулась его щеки. — Но я — Луна. И я помню. Я помню, как ты держал меня в хижине. Как сказал, что не отпустишь. Как целовал под луной. Я помню всё. И я не позволю, чтобы это закончилось сегодня.

Он улыбнулся. Слабо. Но искренне.

— Хорошо. Не закончится.

Он поцеловал её. Долго. Крепко. Как будто в последний раз. Как будто в первый.

Когда они отстранились, туман начал рассеиваться. Долина открылась — широкая, зелёная, окружённая лесом. И на горизонте, у кромки деревьев, показались первые фигуры. Всадники. Чёрные. С факелами.