Книга Чужак и не его Сновидица, страница 290 – Рина Белая

— Ты же не собираешься провести с ним ночь? – спросила я, не глядя на Ливию.

— Именно это я и собираюсь сделать.

Наверное, выражение моего лица сказало за меня все, потому что Мархус молча взял меня за руку.

Я опустила взгляд и позволила ему увести себя. Конечно, чтобы все получилось, утром слуги должны были увидеть именно то, что ожидали после первой брачной ночи.

— Ненавижу бордовый цвет, – пробормотала я и открыла проход.

Мы вернулись в Иркалл.

Я закрыла проход и еще несколько секунд стояла на месте, глядя в пустоту. Мархус усадил меня на край своего ложа, задержался напротив и спокойно спросил:

— Принести тебе книгу?

Я подняла на него глаза. После того как мы оба выполнили свою часть сделки, книга была, пожалуй, последним, чего я ожидала от него этой ночью.

Мархус уже повернулся, когда я удержала его за руку. Он посмотрел сначала на мои пальцы, потом на меня, и этого короткого взгляда хватило, чтобы я вдруг особенно остро почувствовала, насколько непривычно для меня то, что я собиралась сделать.

Я сама расстегнула платье, позволила ему соскользнуть на пол и подошла ближе. Принялась за его одежду, но стоило освободить грудь, как ладони Мархуса легли мне на бедра. Я мягко, но упрямо перехватила его за запястья и опустила руки вдоль тела. Он подчинился, хотя по тому, как напряглись мышцы под моими пальцами, было ясно: перемена правил его насторожила. Я наклонилась, прижалась губами к шраму возле сердца, провела языком по горячей, чуть шершавой коже, а затем опустилась ниже, очерчивая ладонями твердые мышцы живота.

— Мархус, мне нужно кое о чем тебя попросить…

— Мирена?..

Я опустилась на колени и поцеловала его чуть ниже пупка. Под моими ладонями тело Мархуса становилось все напряженнее, и только тогда я заставила себя перейти к тому, ради чего вообще начала этот разговор.

— Последнее время я часто ходила в архив и читала о Хранителях. Остальные одаренные заканчивают обучение в двадцать два, иногда в двадцать три года. И только Хранители остаются до двадцати пяти, потому что их готовят иначе. К выпуску они уже не просто знают закон и служат ему. Они сами становятся его частью.

Мархус взял меня за подбородок и заставил поднять голову. Он посмотрел на меня так, что в любой другой раз я бы, наверное, предпочла немедленно сменить тему. Но сейчас вместо этого я потянулась к его поясу и стянула с него штаны. После этого мой грозный демон, кажется, окончательно забыл, что хотел сказать.

Мой взгляд сам скользнул ниже. Он был тяжелым, напряженным и пугающе живым.

Я на мгновение замешкалась, и Мархус это сразу заметил. Уголок его рта медленно приподнялся, будто он без слов спрашивал: хватит ли у меня смелости продолжить?

Я провела кончиками пальцев вдоль него, почти невесомо, словно сначала хотела привыкнуть к самому ощущению прикосновения. Потом наклонилась и осторожно коснулась губами самой вершины. Он тут же подался вперед, скользнув чуть глубже, будто одного прикосновения ему оказалось мало. Я мягко удержала его пальцами, не позволяя двинуться дальше, и лишь тогда вернулась к разговору, хотя сосредоточиться теперь было значительно труднее.

— И, может быть, великий владыка Иркалла позволит мне устроить одному жалкому Хранителю небольшую экскурсию по своему городу?