Книга Моя тюрчанка, страница 168 – Степан Сказин

О, как хорошо было бы забыть обо всем на свете – устроить себе «постельный день». Вставать с кровати только чтобы сходить на кухню за чашками манящего кофе. Сидя укутанными в одеяло, маленькими глоточками пить ароматный теплый напиток и смотреть с ноутбука несильно интеллектуальный фильм про подростков, нашедших на помойке старинный артефакт и ненароком разбудивших древнее зло, которое теперь должны остановить. Про доблестных напарников-полисменов, без оглядки на свое прогнившее от коррупции и кумовства начальство бросающих вызов могущественному клану наркомафии. Или, на худой конец, что-нибудь вроде смешной своей претензией на глубокую жизненную философию романтической комедии, наподобие той, в которой зажравшиеся богатые супруги бодались из-за ободка унитаза.

Можно заказать бесконтактную (последний писк моды) доставку еды из ближайшего бистро. Курьер оставит у нас под дверью коробку с пиццей или с жареными куриными ножками с соевым соусом и кунжутом. Это будет наш обед. Не всегда же моей девочке стоять у плиты!.. А на ужин – совместными усилиями соорудим салат из помидоров и огурцов, политых растительным маслом.

Да, как просто быть счастливым!.. Но – увы. Насмешливые боги не собирались одарить нас и такой скромной радостью. Ночь сменилась днем, громче загудел и зарокотал мегаполис, похожий на огромного зверя. Значит нам надо шевелиться, включаться в дарвиновскую борьбу за существование. Если целыми днями нежиться в постели, провороним момент, когда у визы мой милой кончится срок действия. Уж тогда-то нам будет не до многослойной горячей пиццы, не до куриных ножек и не до дешевых фильмов.

Свесив руку с кровати, я нашарил на полу мобильный телефон. Поднял. Посмотрел время. Экран высвечивал цифры: четырнадцать тридцать один. Да уж, не слабо мы поспали!.. Клерки в офисах уже успели опустошить свои ланч-боксы и опрокинуть себе в глотки по три или по четыре послеобеденных чашки ванильного капучино. Нашим делом на сегодня было позвонить Юлии Владимировне и сгонять хотя бы на два собеседования, на которые она нас направит. Впрочем, учитывая давно перевалившее за полдень время, мы успеем, в лучшем случае, только на одно интервью. А скорее всего, ни на одно не успеем, так как Юлии Владимировне потребуется еще получить от потенциального работодателя Ширин предварительное одобрение кандидатуры моей звездочки.

Да. Мы потеряли день. Можно подумать: у нас в запасе много месяцев и лет до намеченной нами даты отравления снотворным. Я аж поежился, вспомнив о запланированном нами самоубийстве. Что делать?.. А ничего – продолжать барахтаться, как мышь в молоке. Сегодня мы хоть позвоним Юлии Владимировне. А завтра поедем по собеседованиям. И нам обязательно повезет. Не может быть такого, чтобы все работодатели оказывались сладострастными орангутангами, как Савелий Саныч, или долбаными заклинателями духов.

Кое-как приведя в порядок спутанные волосы, моя девочка оделась и, по-прежнему с нахмуренными бровями, прошла на кухню. Я услышал звон чашек и шум льющейся из-под крана воды. Минут через десять моя милая позвала меня завтракать (если можно назвать завтраком столь поздний перекус). На столе пар поднимался от чашек молочного кофе; стояло блюдо с бутербродами: белый хлеб, докторская колбаса, зеленый лучок. Не обмениваясь ни словом, мы принялись пить и есть.